Волки окружают Владимир

Или надеется, что олени пойдут дальше, а за ними и волки? Но как раз-то самое любопытное тут то, что олени дальше, южнее, почему-то не идут. Может, климат уже не тот, или ягеля мало, или какие-то магнитные поля, чёрт его знает, только они не идут и всё, хотя их враг уже везде перешёл северные границы области, и как вы только что сказали, в Ковровском районе глубоко вклинился в область, перейдя трассу Владимир-Нижний Новгород. Это уже пахнет не революцией, а… Апокалипсисом местного масштаба.

– Извините, Альберт Константинович, – жутковато улыбаясь и прикуривая потухшую папиросу, которая у него погасла во время слушания, осторожно спросил Жуков.

 – Вы тут обмолвились, что, мол, этих волков практические нельзя уничтожить? Это что же? Мистика?

– Да, мой друг, Егор, можно назвать и так. Если бы здесь были социал-коммунисты, я не стал их злить, наступая на их слишком материалистическую мозоль, но вы, кажется, ведист. А ведист видит во всех природных объектах – в камнях ли, реках, птицах, зверях – живые души, которые где-то в вершинах звёздного океана в заветный срок сливаются с нашими душами в едином Духе.

– Извините, – так же жутко улыбаясь, но уже не куря, попытался резюмировать ход мыслей Злобина Егор. – Значит, ничего делать… не надо? Из ваших рассуждений получается так.

Альберт Константинович, (Рябинин увидел в зеркале устало опущенные вниз углы его рта) немного помедлив, ответил: – Не всякие рассуждения являются плодом истины. Тем более рассуждения, основанные на эмпирических данных.

Даже если эти данные могут быть вопиющими, с примесью мистики, то есть с не до конца понятными нам причинами. Поэтому всё остаётся на уровне прежнего решения. – Тут он усмехнулся. —В этом плане очень оригинально будет сочетать революцию и Апокалипсис местного масштаба. Теперь пока оставим волков, хотя это уже вряд ли получится. Ну, по крайней мере, оставим настолько, насколько это возможно. В Гороховец Алексею ехать нельзя. Практически всё подполье разгромлено. Служба Безопасности превзошла саму себя.

– А остальные оппозиционные движение? – сдерживая волнение в голосе, спросил Жуков и шумно заёрзал на кожаном сидении.

– Я же сказал, практически все. И социалисты, и анархисты. Впрочем, группу Жарова не удалось ликвидировать. Но их там очень мало и они, практически, в Гороховецком районе не имеют веса.

– Чем же всё-таки было вызвано такое быстрое их внедрение в подполье.