Срубить дерево

Терзаемая подозрениями, она опять сошла вниз, отыскала мистера Брэндона и спросила:

– Куда вы дели поэтов?

Вина мистера Брэндона бросалась в глаза, как ржавчина на хромовом бампере, у которого он стоял.

– Послушайте, мисс Мередит, не надо так…

– Где они?

– В подвале. – Лицо мистера Брэндона приобрело оттенок алого грязевого щитка.

– Почему там?

– Вы занимаете неверную позицию, мисс Мередит.

– Почему вы отнесли их в подвал?

– Наши первоначальные планы, боюсь, несколько изменились, – сказал мистер Брэндон, глядя на ламинат у себя под ногами.

 – Ввиду явного равнодушия посетителей музея к поэзии, а также потому, что реконструкция стоила больше ожидаемого…

– Вы собираетесь продать их на металлолом! – Гневные слезы брызнули на побелевшие щеки Эмили. – Ненавижу! И вас, и директоров! Вы, как сороки, хватаете все блестящее, тащите в свой музей и выбрасываете хорошие вещи, чтобы место освободить! Ненавижу, ненавижу, ненавижу!

– Пожалуйста, мисс Мередит, попытайтесь взглянуть на это реалистичнее… – Но платье Эмили со скромным геометрическим рисунком мелькало уже в конце автомобильного ряда.

Мистер Брэндон вспомнил тоненькую девушку с затравленным взглядом и робкой улыбкой, которая когда-то подошла к нему в Зале Электроприборов и спросила, не найдется ли для нее работы. У него сразу возникла мысль – теперь она уже не казалась ему столь удачной – назначить ее ассистентом хранителя (уборщику платили больше, чем этому служащему) и повесить на нее Зал Поэтов, чтобы самому заняться чем-нибудь поприятнее. Вспомнил произошедшую с ней необъяснимую перемену: затравленное выражение исчезло из ее глаз, походка стала уверенной, на лице, особенно по утрам, играла улыбка.

Мистер Брэндон сердито пожал точно свинцом налившимися плечами.

Эмили разрыдалась, увидев своих поэтов. Их свалили в углу, и солнце из подвального окошка бледно лежало на их неподвижных лицах.

Кое-как отыскав Альфреда в общей куче, она усадила его на сломанный стул двадцатого века и села напротив.

В его андроидных глазах читался немой вопрос.

– «Локсли-Холл», – сказала Эмили.

– «Здесь останусь я, покуда разгорается восток. Вы ступайте; нужен буду – громко протрубите в рог», – начал Альфред. Когда он закончил читать «Локсли-Холл», Эмили заказала ему «Смерть Артура», а затем «Лотофагов». Стихи занимали ее только наполовину – вторая половина сознания работала над неотложной проблемой.