Бесстрашная

Он был похож на борзую собаку с непревзойденным нюхом, когда дело касалось выведывания мельчайших подробностей. Поэтому вопрос возник сам собой.

– А почему ты сразу не сказал мне, что Либби Хендерсон – бывшая чемпионка?

– Я хотел, чтобы ты познакомился с ней, не имея никаких предубеждений.

– Я не понимаю, как знание о ее спортивном прошлом могло мне навредить.

В голове Алекса лихорадочно закружились догадки и предположения. Неужели его недавняя неудача превратила его в параноика? Или есть что-то еще в прошлом Либби, о чем он пока не знает? Что-то, чего по неизвестным ему причинам Эли не желает открывать?

Эли наклонился над столом, указывая на неточность в договоре, но голова Алекса все еще была занята размышлениями о Либби.

Определенно, когда мисс Хендерсон придет к нему в следующий раз, он копнет глубже.

Глава 4

Полчаса спустя Либби вошла в двери своего городского офиса. Ее двадцатилетняя секретарша Пэйтон Нэгл откинула за плечи густые каштановые волосы и воодушевленно улыбнулась:

– Итак… как тебе звезда?

– По-прежнему сияет.

– А какой он? – Широко распахнув глаза, Пэйтон подалась вперед. – В реальной жизни он так же сексуален, как по телевизору?

– Пожалуй, даже сексуальнее. – Либби постаралась придать тону сухую небрежность. Он был так сексуален, что это граничило с преступлением.

– О, этот волевой подбородок, этот глубокий соблазнительный британский акцент. Честно говоря, Либби, я поражена, что ты не упала в обморок.

– Я – профессионал, Пэйтон. Профессионалы не имеют права терять сознание. – Она бросила на секретаршу серьезный взгляд. – Помни, ни слова никому о том, что я работаю с Алексом Вульфом. Он хочет, чтобы пресса считала, что он вернулся в Великобританию.

– А ты рассказала ему о серфинге?

– Эта история осталась далеко в прошлом.

– Но то, что ты чемпионка, может сблизить вас.

– Я лечу его, а не развлекаю. – Она повернулась, чтобы зайти в кабинет, но вдруг услышала за спиной длинный многозначительный свист.

Уперев руки в бока, Либби резко повернулась.

Пэйтон наматывала толстую каштановую прядь на указательный палец.

– Тебе он так сильно понравился?

Глаза Либби чуть не выскочили из орбит.

– Пэйтон, он невыносимо высокомерен. Купается в лучах собственной славы. И потом… – Ее упрямый взгляд стал мягче, и она вздохнула. – Любая женщина, у которой есть гормоны, не сможет устоять перед ним. Он неотразим. Как мед для пчелы.