Наставник по соблазнению

Шесть недель назад старый друг Маркус Лейн пригласил его на свою свадьбу. Так что Джейкоб купил себе билет первого класса на самолет, летевший из Нью-Йорка в Лос-Анджелес, чтобы присутствовать на пышной церемонии, антураж которой затмевал самые дорогие декорации в голливудских блокбастерах. И он был счастлив за своего друга и его молодую жену.

Но мысли Джейкоба все время были заняты многомиллионным иском, который ждал его дома. Пока он не увидел эту женщину, возникшую словно ниоткуда.

Когда она остановилась у его столика, он мгновенно вскочил и отодвинул для нее стул.

Они представились друг другу, и он разлил вино по бокалам. Он был потрясен красотой ее зеленых глаз – самыми чувственными, самыми томными из всех, которые ему доводилось видеть.

Ее звали Тиган. А фамилию он не расслышал.

Они так увлеклись разговором, что он не мог припомнить, что они ели или кто произносил заздравные тосты. Он забыл о своем иске. И после традиционного первого танца молодоженов, когда в зале приглушили свет и заиграла медленная мелодия, он взял Тиган за руку и повел на танцпол.

Прижавшись щекой к ее сладко пахнущим волосам и положив руку ей на талию, он чувствовал себя так, словно они были одни в целом мире.

Джейкоб не любил загадывать заранее, но он уже решил, как должен закончиться этот вечер. И когда он предложил ей зайти к нему выпить, она лишь сказала:

– Давайте сделаем это.

Но сейчас, когда двери лифта открылись в его номере, Джейкоб заметил, что Тиган замерла в нерешительности, и это, конечно, заставило и его заколебаться.

Их разговор за ужином крутился вокруг политики, бизнеса и общих интересов. У нее было свое дело в Сиэтле, фитнес-центр под названием «Хай Ти Джим». Он рассказал ей о юридической практике, которую унаследовал, но не уточнял, что имеет репутацию настоящего убийцы в зале суда.

Они рассказывали друг другу о своих друзьях, но он избегал упоминаний родственников. И его заинтересовало то, что и Тиган не упомянула своих.

Ни единым словом.

И сейчас, когда она, шурша платьем, вошла в его роскошно обставленную гостиную, он призадумался. Она выглядела настоящей аристократкой, но он знавал множество простых людей, которые с успехом освоили светские манеры, включая его самого. Может ли быть, что ее происхождение было таким же, как и его? Очень отличным от всего этого блеска и великолепия?

О котором лучше было бы забыть.