Дорога шамана

Ярил с опущенной головой и красными от слез глазами сидела на диване и делала вид, что вышивает. Когда я вошел, она даже не посмотрела на меня. Я сел рядом, протянул ей пышку, тайком прихваченную с общего стола, и тихонько проговорил:

– Знаешь, мне страшно интересно, что там было дальше. Ты мне расскажешь?

Ярил взяла пышку и благодарно взглянула на меня. Откусив кусочек, она севшим голосом ответила:

– Нет. Папа прав, это действительно глупо. Не стоит зря тратить ваше и мое время на дурацкие истории.

Я не мог сказать своей младшей сестре, что отец был не прав. – Да, это, конечно, глупо, но многое из того, что доставляет нам удовольствие, далеко не всегда бывает образцом глубокомыслия. Думаю, отец считает, что за завтраком рассказывать подобные истории не стоит, вот и все. Но я с радостью тебя послушаю в другое время – вот, например, сейчас.

У моей младшей сестры были огромные глаза, серые, словно у угольного кота.

Ярил очень серьезно посмотрела на меня и вздохнула:

– Ты такой добрый, Невар, но я понимаю, что ты меня жалеешь. Сомневаюсь, что тебе интересны мои сны, да и то, что я делаю или о чем думаю днем. Просто ты хочешь меня утешить, после того как отец прогнал меня из-за стола.

Она была совершенно права насчет своих снов, но мне захотелось ее переубедить.

– По правде говоря, сны меня очень интересуют, потому что мне самому они редко снятся.

Зато ты, похоже, видишь ужасно увлекательные вещи почти каждую ночь.

– Я слышала, что нам всем каждую ночь снятся сны, но только немногие люди в состоянии их запомнить.

– Если все забывают свои сны, как они могут доказать, что видели их? – улыбнувшись, возразил я. – Когда я опускаю голову на подушку и закрываю глаза, в голове у меня до самого утра царит тишина. А с тобой все иначе.

Мне кажется, ты заполняешь свои ночи самыми разными приключениями и сказочными историями.

– Наверное, со мной во сне происходят самые разные увлекательные вещи, потому что в моей жизни так мало интересного, – отвернувшись от меня, ответила Ярил.

– Ну, не думаю, что у тебя такая уж скучная жизнь, малышка.

– Нет, не скучная. У меня ее попросту нет, – ответила она, и я уловил горечь в ее словах.