Дорога шамана

Я почувствовал во рту пальцы, которые вынули лягушку. Человек, запах которого мог принадлежать только Девара, положил лягушку в пламя факела, и оно превратилось в крошечный костер, разведенный в очаге, окруженном семью плоскими черными камнями. Лягушка с шипением горела, посылая в воздух тонкие нити огненно-красного сладкого дыма. В следующее мгновение человек подтолкнул мою голову вперед, и я наклонился над огнем, вдыхая его аромат. Дым ел глаза, и я их закрыл.

А потом закрыл еще раз.

Но пейзаж, появившийся перед моим взором за секунду до этого, не исчез. Я не мог отгородиться от этого мира, потому что он жил во мне. Мы находились на крутом склоне холма. Нас окружали гигантские деревья, их кроны почти не пропускали света, а земля была сплошь покрыта толстым многовековым ковром из листьев. Сверху падали капли росы, мимо, не обращая на нас внимания, скользнула толстая желтая змея. Воздух здесь был прохладным и влажным, а еще сладким и полным жизни.

– Это иллюзия, – проговорил я, обращаясь к Девара, который стоял рядом со мной в этом сумеречном мире.

Я знал, что это он, хотя он оказался на несколько футов выше меня, а на плечах красовалась голова ястреба.

– Герниец! – Он выплюнул это слово, словно оно жгло ему рот. – Это ты здесь не настоящий. Не оскорбляй охотничьи угодья Решамеля своим недоверием. Убирайся.

– Нет, – взмолился я. – Нет. Позвольте мне остаться. Позвольте быть здесь настоящим.

Он посмотрел на меня, его круглые ястребиные глаза отливали расплавленным золотом, а острый клюв, казалось, был выточен из топаза.

Черные ногти походили на кривые когти. Я знал, что если он захочет, то без труда может пронзить мне грудь и вырвать сердце. Но он ждал, давая мне время подумать.

Неожиданно я понял, какие слова должен произнести.

– Я буду мужчиной. Я буду воином. Я буду кидона.

Где-то в глубине души я испытал стыд за то, что сам, по собственной воле, отказался от своего происхождения, пожелав стать дикарем.

А потом словно лопнул мыльный пузырь, и моя прошлая жизнь перестала иметь для меня значение. Я стал кидона.

Мы путешествовали по самым невероятным местам этого удивительного мира. Не знаю, сколько прошло времени, и одновременно мне это известно. По большей части я не могу воспроизвести, что мы видели, делали или о чем говорили. Так пытаешься вспомнить сон, когда окончательно проснулся.