Драконья гавань

Сейчас она не сочится, но…

– Что-то проткнуло ей кожу, – высказал мнение Меркор. – Но это вовсе не «дырка от змеи», дорогая моя. И все же запах крови сильный, значит вытекло ее немало.

Элис собралась с мыслями:

– Не думаю, что наждачные змеи прогрызают дыры, чтобы заползти в тело. Кажется, они просто впиваются и сосут кровь.

Меркор стоял совершенно неподвижно, нависая над Медной. Его черные зрачки терялись в глянцево-черных радужках, но Элис показалось, что в них кружатся медленные вихри. Дракон будто унесся мыслями далеко от них.

Затем встряхнулся всем телом, вздыбив чешуйки и став похож больше на кота, чем на ящера. И тут же Элис снова ощутила присутствие его разума. Как же это было чудесно! Если бы Меркор не покинул их на этот краткий миг, она никогда не осознала бы, насколько сильно влияет на нее дракон, когда сосредоточен на людях.

– Мне ничего не известно о змеях, называемых наждачными. Хотя давным-давно я слышал о тварях, похожих на твое описание. Тогда они назывались буравами и вгрызались очень глубоко.

Они могут быть куда опаснее этих наждачных змей, о которых говорят другие хранители.

– Са, смилуйся над нами! – тихонько пробормотала Сильве.

Она чуть постояла молча, сжимая в руках камышовую мочалку. Затем вдруг обошла вокруг драконицы и подтолкнула ее.

– Релпда! – выкрикнула она, словно пытаясь пробиться сквозь оцепенение Медной. – Перевернись. Я хочу осмотреть твой живот. Перекатись на бок!

К изумлению Элис, больная драконица зашевелилась.

Она слабо засучила задними лапами по грязи, в которой лежала. Приподняла трясущуюся голову, разлепила веки, после чего уронила ее обратно на землю.

– Посторонитесь! – грубовато приказал Меркор.

Элис с Сильве тотчас же повиновались, отскочив назад, чтобы пропустить его к распростертой драконице. Золотой опустил голову, подсунул морду под Релпду и попытался перевернуть ее. Та слабо заворчала и заскребла лапами, как будто его усилия причинили ей боль.

– Он ее поедает? Мне кажется, она еще жива! – вмешался еще один драконий хранитель, неожиданно подошедший к ним.

Рапскаль, вспомнила Элис. Так ведь его зовут? Симпатичный парнишка, несмотря на обычные для Дождевых чащоб странности. Его густые темные волосы и руки с черными когтями странно сочетались с бледно-голубыми глазами и безмятежной улыбкой. Вместе с ним подошла его коренастая красная, с короткими толстыми лапами и ярко сверкающей чешуей.