Корабль судьбы

И эти навыки позволили ей заметить, как взгляд Сериллы метнулся к раскрытой амбарной книге, лежащей посередине стола, и сразу вернулся обратно. Серилле жгуче хотелось узнать, что же там написано, но и сделать первый шаг навстречу она нипочем не желала. Ибо это могло быть истолковано как поражение. Сначала Роника хотела дать ей еще время на размышление, но Серилла все молчала, и Роника решила поставить на кон сразу все.

– Ладно, – сказала она. – Вижу, тебя это не интересует. Право слово, я думала, тебе захочется взглянуть на эти записи прежде, чем я предъявлю их Совету торговцев.

Что ж… Ты меня слушать не захотела. А вот они, полагаю, захотят!

И, решительно подойдя к столу, она захлопнула тяжеленную книгу и снова сунула ее под мышку. Из комнаты Роника выходила не торопясь, до последнего надеясь, что Серилла позовет ее назад. Так же точно она пошла и по коридору, все еще ожидая просьбы-приказа вернуться. Но за спиной раздался лишь увесистый звук захлопнувшейся двери кабинета. Значит, ничего не получилось.

Роника вздохнула и направилась вверх по ступенькам – в бывшую спальню Давада. Донесшийся снизу стук в наружную дверь заставил ее сперва остановиться, а потом выглянуть через лестничные перила в прихожую, располагавшуюся внизу.

Служанка, как раз открывшая дверь, взялась по всей форме приветствовать гостя, но молодой торговец бесцеремонно протиснулся внутрь.

– Важные вести для госпожи Подруги Сериллы! Где она?

Это был Роэд Керн.

– Я доложу ей, что… – начала было служанка, но Роэд нетерпеливо тряхнул головой:

– Дело безотлагательное! Прибыла птица с вестью из Дождевых чащоб! Так где она? В кабинете? Не заблужусь…

И, не дожидаясь ответа, ринулся мимо служанки.

Его сапоги звонко цокали по каменному полу, плащ стремительно развевался. Служанка засеменила следом, но он только отмахнулся. Роника проводила их глазами, силясь набраться мужества, чтобы подобраться к двери и подслушать.

* * *

– Как смеешь ты вот так врываться ко мне! – возмутилась Серилла.

Роэд застал ее на коленях, занятую безуспешной попыткой снова оживить угасший камин. Кажется, в этом окрике выплеснулось все бессильное раздражение, накопленное во время стычки со старухой Вестрит. Однако потом Серилла заметила искры, сверкнувшие в глазах молодого Керна. И невольно попятилась обратно к камину.

– Прошу прощения, госпожа. Я-то, дурак, вообразил, будто вести из Дождевых чащоб заслуживают твоего немедленного внимания.