Корабль судьбы

Уж не в большей степени, чем просто сидеть и созерцать мертвую, а потом и самой помереть.

Язык слушался еще хуже прежнего, но Малта кое-как проскрипела:

– Кикки?

К ее немалому облегчению, Кикки пошевелилась. Это было очень слабенькое движение, всего лишь судорога пальцев на влажных досках. Но, по крайней мере, оно свидетельствовало о жизни. Другое дело, что Кикки наверняка было страшно неудобно лежать так, наполовину свалившись с носовой банки. Больше всего Малте хотелось отвернуться и предоставить Кикки ее собственной участи.

Но некоторым образом она не могла так поступить. Она сползла со своей банки, оказавшись на четвереньках, и от этого простого движения у нее свело судорогой половину мышц. Она попыталась приподнять Кикки, но сил совсем не было. Волей-неволей Малта ограничилась тем, что плотнее закутала Подругу в обрывки зеленого шелка от холода и комаров. Потом погладила по щеке.

– Помоги… мне… выжить… – различила она слабый шепот Кикки. Подруга, по-видимому, даже глаз не могла больше открыть.

– Попробую, – отозвалась Малта.

У нее самой получилось едва ли громче, но Кикки явно расслышала. А может, почувствовала.

– Помоги мне… выжить… – повторила она. Каждое слово давалось ей усилием, от которого трескались губы. Она со стоном вобрала в себя воздух. – Пожалуйста… помоги мне сейчас… а я тебе потом отплачу… обещаю…

Такие обещания дают дети во время порки, когда они готовы на все, лишь бы прекратить наказание. Малта погладила молодую женщину по плечу. Потом все-таки приподняла ей голову и слегка повернула, с тем чтобы деревянный край банки не так врезался в нежную щеку.

И сама устроилась рядом с Подругой, делясь с ней скудным теплом собственного тела. Что еще она могла для нее сделать?

Только потом Малта еще раз заставила двинуться онемевшие шейные мышцы и нашла глазами сатрапа. Великий властитель Джамелии зло смотрел на нее с кормового сиденья. Лоб и щеки у него заметно опухли.

Малта отвернулась. Быстро делалось холоднее, и она как могла втянула руки поглубже в рукава измызганного платья, подняла воротник и прикрыла ноги подолом.

Вот теперь можно начать убеждать себя, что ей и вправду тепло. Здесь, на дне лодки, куда не так поддувает ветер, да и Кикки все-таки рядом.

Она прикрыла глаза и постепенно начала уплывать в полудрему.

– Че… там?

Это был голос сатрапа, но Малта решила не отзываться. Только очередной свары ей сейчас не хватало. Какие свары, когда совершенно нет сил?

– Че там? – напряженно повторил Касго.