Кровь драконов

Для Детози, смотрительницы голубятни, краткое послание от ее племянника о новом порядке упаковки сообщений, который разработали у нас в Удачном. Он предусматривает несколько степеней защиты. Послание кладут в два футляра: внутренний (металлический) и внешний (представляющий собой пустотелую костяную трубку, запечатанную воском). Затем трубку помещают в особый конверт из ткани, на котором смотритель голубятни пишет все необходимые распоряжения, после чего конверт зашивают и целиком окунают в сургуч. Хотя руководство гильдии утверждает, что подобные новшества не приведут к перегрузке голубей, я, как и многие мои коллеги, сильно в этом сомневаюсь, особенно в отношении мелких птиц.

Конечно, необходимо что-то делать, дабы восстановить доверие клиентов и гарантировать им конфиденциальность отправляемых и получаемых сообщений, но мне кажется, что данная мера скорее обременит голубей, чем позволит нам избавиться от нечестных смотрителей. Я прямо так и заявил об этом начальству. Не могли бы вы с Эреком поддержать меня?

С любовью,

твой племянник Рейал

Глава 4.

Торги начинаются

– Мало того что эта комната невероятно унылая, так тут еще и воняет: ну просто один сюрприз за другим, – с невеселым сарказмом заметил Реддинг.

– Помолчи-ка, – велел любовнику Гест и протиснулся мимо него в комнатушку.

Стоило ему войти, как пол пугающе закачался у него под ногами. Это был не гостиничный номер: в Кассарике вообще не существовало нормальных гостиниц, имелись только бордели, таверны, где можно было приплатить за возможность переночевать на скамье, и простенькие жилища.

Последние представляли собой помещения размером с птичью клетку, которые простолюдины сдавали, чтобы подзаработать. Женщина, принявшая у них деньги, была портнихой. Она заявила, что они должны почитать себя счастливчиками, найдя жилье на ночь глядя. Гесту очень хотелось рявкнуть на нее, однако он старательно сдерживался. Получив от них совершенно несусветную сумму, хозяйка отправила своего младшего сына проводить постояльцев в эту незапертую комнатку, которая сильно раскачивалась на ветру в нескольких ветках от ее собственного жилища.

Пока они шли по сужающейся ветке, Реддинг судорожно цеплялся за нелепый кусок узловатой веревки, которая притворялась перилами. В отличие от любовника, Гест ничего подобного не делал. Он предпочел бы убиться насмерть, рухнув в лесные заросли далеко внизу, нежели выставить себя трусом. А вот Реддинга такая перспектива нисколько не смущала.