Магия отступника

Мальчик-солдат обладал всеми моими воспоминаниями, он знал ее имя и наш язык.

– Эпини! Остановись! Прекрати это! Ты убьешь нас всех!

Он кинулся вперед и принялся сбивать пламя босыми ногами. Он разбросал костер, открыв тлеющую листву воздуху, и огонь с громким треском, похожим на смех, взвился вверх. Ошеломленная Эпини даже не пыталась ему помешать. Она смотрела на него, широко разинув рот.

– Потуши его, потуши! – визжала Лисана.

Не думаю, что Оликея с Ликари слышали ее, но они тоже поняли, чем грозит пожар.

Не тревожась об ожогах, мальчик-солдат затаптывал огонь по краям. Оликея сорвала с пояса сумку с едой и принялась сбивать пламя ею. Но именно Ликари сбросил с плеча тяжелый мех с водой и, открыв и стиснув его, направил струю в самое сердце огня. С их появлением Эпини отступила в сторону. Теперь она стояла и ошеломленно смотрела, как они разбрасывают ее костер, заливают его водой, а потом затаптывают уцелевшие языки пламени. Через несколько мгновений опасность пожара миновала. Оликея едва не всхлипывала от ужаса, а Ликари радостно пританцовывал. Мальчик-солдат осел на землю, заметил еще один тлеющий уголек, сгреб пригоршню сырых листьев и затушил его. Все трое перепачкались в саже и копоти.

– Я тебе говорила! – сердито крикнула Лисана, обращаясь к Эпини. – Говорила, что сдержала слово. А даже если бы я его не сдержала, это сделала бы магия. Магия не лжет и не обманывает. Вот, видишь его? Видишь? Невар жив. Ты получила то, о чем торговалась.

Невар жив!

Мальчик-солдат повернулся к ней, и Эпини уставилась на него. Ее взгляд скользнул по его истощенному телу, но, думаю, не менее сильно ее потрясла его нагота. Со стороны он выглядел пятнистым существом с обветренными лицами и руками и бледной, обвисшей кожей в тех местах, где тело не успело обгореть. Она вспыхнула румянцем и постаралась смотреть мне в лицо. Я сгорал со стыда, но мальчик-солдат едва ли обратил внимание на то, что она видит его без одежды.

– Невар? – с видимым сомнением спросила она.

 – Неужели это ты?

– Это я, – солгал он.

И впервые я полностью осознал, в каком положении оказался. Эта другая сущность управляла моим телом. Полностью. И использовала его как хотела, вовсе не принимая меня в расчет. Я бросился на выстроенные им стены, изо всех сил сражаясь за власть над собственной плотью. Я ощутил его презрение к Эпини и вспомнил, как она помогла мне победить его, когда мы сражались впервые.