Магия отступника

Магия отступника

Робин Хобб

Звезды новой фэнтезиСын солдата #3

Жители Геттиса поверили, что Невар Бурв, их кладбищенский сторож, виновен в чудовищных злодеяниях. В этом пограничном городе-крепости расправа над преступником никогда не заставляла себя ждать, но на этот раз она не состоялась – ярость толпы уступила колдовству незримых властителей, решивших взять судьбу юноши в свои руки. Невар отправляется в лес – маги хотят превратить его в оружие, которое поможет остановить гернийское нашествие на земли народа спеков.

И Невар близок к тому, чтобы покориться их воле, потому что любая попытка сопротивления не дает ему ничего, кроме боли и отчаяния, и он уже не верит, что в его силах помирить заклятых врагов.

Робин Хобб

Магия отступника

Я был глупцом, полагая, что у меня всегда будет возможность сделаться лучше. Всем известно, что жизнь человека способна оборваться в любой момент. Падение с лестницы, простуда или лихорадка, шальная пуля – от подобных вещей молодость не защитит.

Человек может погибнуть по чистой случайности когда угодно. Наверное, какой-то частью сознания я знал об этом всегда, но не мог поверить всем сердцем.

Robin Hobb

RENEGADE’S MAGIC

Copyright © 2007 by Robin Hobb

All rights reserved

Перевод с английского Владимира Гольдича и Ирины Оганесовой

Оформление обложки и иллюстрация на обложке Сергея Шикина

Карта выполнена Юлией Каташинской

© В. А. Гольдич, И. А. Оганесова, перевод, 2007

© Издание на русском языке, оформление.

ООО «Издательская Группа „Азбука-Аттикус“», 2022 Издательство АЗБУКА

Глава 1

Гибель солдата

На суде я не произнес ни слова в свою защиту.

Я стоял за загородкой, куда меня привели, и пытался не думать о мучительно стиснувших лодыжки кандалах. Они были слишком тесны для столь крупного человека, как я, и холодное железо вгрызалось в мою плоть, одновременно обжигая ее и заставляя неметь. В те минуты боль значила для меня больше, чем исход трибунала.

Я уже знал, каким он будет.

Боль – это самое главное, что я помню о том заседании. Она заволокла мои мысли багровым туманом. Свидетели один за другим выступали против меня. Я так и не забыл их полные праведного гнева голоса, в подробностях описывающие судьям мои преступления. Изнасилование. Убийство. Некрофилия. Осквернение могил. Мои ярость и ужас от подобных обвинений меркли перед полной безысходностью положения.