Странствия убийцы

Я не знал, что такое возможно. Но Гален нашел способ и обучил ему своих учеников. Помнишь Уилла, сына Хостлера? Члена круга Силы? Он лучше всех преуспел в этом. Он мог заставить человека поверить даже в то, что его нет там, где он находится…

Я покачал головой, устав даже от легкого прикосновения к моим страшным воспоминаниям об Уилле. Это воскресило тени подземелья, о котором я до сих пор отказывался вспоминать. Я подумал, убил ли я его. Вряд ли. Скорее всего, он вдохнул недостаточно яда. Я поднял глаза и увидел, что Баррич пристально наблюдает за мной.

– В ту ночь, в самый последний момент, король отказался ехать, – тихо сказал я ему. – До тех пор я думал о Регале только как о предателе. Я забыл, что Шрюд всегда будет видеть в нем сына. Регал присвоил корону Верити, отлично зная, что его брат жив… Когда король Шрюд понял, что Регал на это способен, он не захотел жить дальше. Он просил меня выполнить долг человека короля и одолжить ему мою Силу, чтобы попрощаться с Верити. Но Сирен и Джастин ждали.

 – Я помолчал. Новые куски головоломки занимали свое место. – Мне следовало знать, что все получилось слишком легко. Никаких стражей в покоях короля. Почему? Потому что Регал не нуждался в них – Сирен и Джастин цепко держали Шрюда. Регал покончил со своим отцом. Он получил титул будущего короля, и больше ему ничего не было нужно от Шрюда. И они опустошили короля, лишив его Силы, убили его, не дав даже попрощаться с Верити. Наверное, Регал велел им проследить за тем, чтобы король больше не связывался Силой с сыном. Так что после этого я убил Сирен и Джастина. Так же как они убили моего короля. Я не дал им шанса защититься и не испытывал ни малейшей жалости.

– Тише, тише… – Баррич быстро подошел, положил руки мне на плечи и силком усадил в кресло. – Ты дрожишь, как будто у тебя сейчас будет припадок. Спокойнее.

Я не мог говорить.

– Вот об этом мы с Чейдом так и не догадались, – сказал мне Баррич. – Мы подозревали всех. Даже шута. Некоторое время мы боялись, что поручили Кетриккен предателю.

– Как вы могли подумать такое? Шут любил короля Шрюда, как никто другой.

– Мы не могли вычислить больше никого, кто знал бы все наши планы, – просто сказал Баррич.

– Не шут был повинен в нашем поражении, а я, – проговорил я, и это, полагаю, было то мгновение, когда я полностью стал самим собой. Я произнес вслух непроизносимое, осознав самую страшную реальность: я предал их всех. – Шут предупреждал меня.