Судьба убийцы

Но однажды я поймал себя на том, что, несмотря на все их расспросы и лесть, я умудрился… свести твою роль почти на нет. Я представил все так, будто это был не ты один, а несколько разных людей. Мальчик-грум, незаконнорожденный принц, убийца. Я старался не выдать тебя, спрятатьпод видом безымянного Изменяющего, служившего мне. И тогда я понял, что по-прежнему не доверяю им. Что я не забыл и не простил того, как они со мной обращались и держали под замком.

У Прилкопа тоже появились дурные предчувствия. Он наблюдал за Бледной Женщиной с тех самых пор, как она объявила Аслевджал своим.

Он видел, как она задабривала своего Изменяющего, Кебала Робреда, подарками. Серебряное ожерелье, золотые серьги с рубином… Ясно было, что в ее распоряжении огромные богатства. Все золото Клерреса было к ее услугам, чтобы она повернула мир на лучший, как они это называли, путь. Она была не пророком-отщепенцем, а посланницей Четырех, исполняющей их волю. Она должна была уничтожить Айсфира и тем убить последнюю надежду на возрождение драконов. Так почему же, спрашивал меня Прилкоп, они так обрадовались нам, пустившим прахом все их усилия?

Поэтому мы с ним сговорились. Мы решили, что ни в коем случае нельзя открывать ничего, что могло бы вывести их на тебя. Прилкоп предположил, что они ищут так называемые развилки – места и людей, которые помогли нам направить мир к лучшему будущему. И что они могут попытаться использовать определенные места и людей, чтобы столкнуть мир обратно на их «истинный Путь». Чутье подсказывало Прилкопу, что ты – очень важная развилка и тебя следует защищать.

В то время Четверо все еще обращались с нами как с дорогими гостями. У нас было все, чего душа пожелает, в том числе и возможность невозбранно бродить по цитадели и городу. Тогда-то нам и удалось отправить к тебе первых двух гонцов. Чтобы они разыскали и предупредили тебя.

Я напряг свой полусонный разум:

– Нет. Посланница сказала, что ты просишь меня отыскать Нежданного Сына.

– Та посланница пришла позже, – тихо проговорил он.

 – Намного позже.

– Но ты всегда говорил, что Нежданный Сын – это я.

– Так я думал раньше. И Прилкоп тоже. Вспомни, как настоятельно он советовал нам расстаться, чтобы мы по случайности не натворили еще каких-то изменений в мире, изменений непредсказуемых и неуправляемых. – Он невесело рассмеялся. – И он был прав.

– Шут, меня не волнуют чьи-либо видения лучшего будущего этого мира. Слуги убили моего ребенка. – Я говорил, роняя слова в темноту.