Судьба убийцы

Я положил ему руку на плечо. Его трясло. Заговорил негромко:

– Ну, нашли они меня. А теперь мы заставим их крепко пожалеть о том, что они меня нашли. Разве ты не говорил, что я снился тебе как Разрушитель? Вот тебе мое предсказание: мы уничтожим тех, кто уничтожил мою дочь, и разрушим их дом.

– Где бутылка?

Судя по голосу, он совершенно пал духом, и я решил сжалиться над ним:

– Она опустела. Мы так долго говорили. Пора спать.

– Я не смогу. Я боюсь того, что мне может присниться.

Я был пьян. Слова сами сорвались у меня с языка:

– Тогда пусть тебе приснится, как я убиваю Четырех.

 – И глупо рассмеялся. – С каким удовольствием я бы прикончил Двалию! Теперь я понимаю, почему ты разозлился, узнав, что я не убил Бледную Женщину. Я-то знал, что она все равно умрет. Но понимаю, почему тебе хотелось, чтобы я убил ее.

– Ты нес меня на руках. Я был мертв.

– Да.

Мы долгое время молчали, вспоминая. Давно я уже так не напивался. Спустя время я позволил себе расслабиться, начал погружаться в дрему.

– Фитц… Когда родители оставили меня в Клерресе, я был еще ребенком. Мне тогда так нужен был кто-то, кто бы защищал меня, заботился обо мне, а у меня никого не было. – Голос Шута, всегда такой выверенный, все больше дрожал от слез. – Когда я впервые сбежал из Клерреса и проделал долгий путь в Баккип, чтобы найти тебя… Это было ужасно. Мне такое приходилось делать, и со мной делали такое… И все это – лишь бы добраться до Бакка. И найти тебя. – Он прерывисто вздохнул. – А потом король Шрюд… И ты, живой… Я стал таким, каким меня учили быть Слуги, – безжалостным, думающим только о себе, только о том, как бы использовать людей в своих целях.

Я явился к его двору, оборванный и полумертвый от голода, и дал ему письмо, где половина чернил смылась. В письме говорилось, что меня прислали Шрюду в подарок.

Шут шмыгнул носом и потер веки. Мои глаза наполнились слезами от сочувствия к нему.

– Я кувыркался, скакал и ходил на руках. Я думал, он будет насмехаться надо мной.

Я готов был делать все, что угодно, лишь бы заставить его сохранить тебе жизнь. – Он всхлипнул вслух. – Он… велел мне прекратить. Возле его трона стоял Регал, в ужасе оттого, что уродца вроде меня вообще допустили к королю. Но Шрюд… Он сказал стражнику: «Отведи этого ребенка на кухню и проследи, чтобы его хорошо накормили. Пусть портниха подыщет ему одежду. И башмаки. Найдите ему башмаки».

И все было сделано, как он сказал. Ох как я насторожился! Я не доверял ему.