Судьба убийцы

Почувствовала на миг, как тяжело Виндлайеру говорить, поспевать за Двалией и управлять Керфом. Он был голоден, его спина болела, а еще ему надо было облегчиться. Но он понимал, что просить Двалию подождать нечего и думать. Молча шагая по улице, я почувствовала, как хватка, в которой он удерживал Керфа, снова окрепла. Ясно. Значит, когда он отвлекается, то отпускает поводья. Невеликое открытие, но может пригодиться.

Острые когти и зубы. Ты учишься, волчонок. Мы будем жить. Голос Волка-Отца в моей голове прозвучал как тишайший шепот.

Ты настоящий?

Он не ответил, а Виндлайер склонил голову к плечу и странно посмотрел на меня. Надо поднять стены. Чтобы он не смог вторгнуться в мою голову. Теперь мне всегда придется быть начеку. Я укрепила свои защитные стены, отгородившись от Виндлайера – и от Волка-Отца тоже.

Глава 8

Тинталья

Этот сон был как картина, только в ней все двигалось. Царил полумрак, словно поверх картины кто-то разлил полупрозрачную светло-серую или голубую краску. Прекрасные яркие ленты колыхались на ветру.

Ветер то налетал, то затихал, и ленты то реяли, то опадали. Они были как сверкающие вымпелы или знамена: золотые, серебряные, алые, лазурные и изумрудные. Вдоль каждого вымпела шли красочные узоры: ромбы, глаза, спирали.

Во сне я без всяких усилий подплыла к ним ближе. Ни звука не раздавалось, ветер не чувствовался на лице. А потом это зрелище предстало мне иным: я увидела тупоносые змеиные головы с глазами огромными, как дыни. Помимо своего желания я все приближалась и приближалась к ним и наконец разглядела тонкую мерцающую сеть, и эти создания бились в ней, как пойманная рыба.

Сеть была очень тонкая, почти прозрачная, и я каким-то образом поняла, что все эти создания влетели в сеть разом, их поймали и утопили.

Во сне я ощущала уверенность, что это случилось на самом деле и не однажды. Это повторялось снова и снова. Я не могла ничего поделать, не могла прекратить это, потому что все уже произошло. Но я знала, что это случится опять.

    Дневник сновидений Би Видящей

На следующее утро чуть свет кто-то постучал в дверь наших покоев.

Я скатился с постели и встал на ноги. Шут даже не шелохнулся. Как был, босиком, я прошлепал к двери, отбросил с лица волосы и открыл ее. За порогом стоял король Рэйн. Он отбросил капюшон, с его плаща на пол стекала вода, капли дождя сверкали на его жидкой бороде. Рэйн усмехнулся, сверкнув белыми зубами, которые так странно смотрелись на его покрытом мелкой чешуей лице.