Золотой шут

Я знал, что Нед слишком молод и склонен видеть мир прежде всего таким, каким он воздействует на него самого. Однако краткость моего ответа заставила его понять, что я сказал не все.

Он принялся вглядываться в мое лицо, а потом спросил:

– Что случилось?

Я сделал глубокий вдох, понимая, что мне уже ничто не поможет.

– Ночной Волк умер, – едва слышно ответил я.

– Но… Я виноват? Он от меня убежал, Том. Я его искал, честное слово, искал. Джинна тебе скажет…

– Это не твоя вина. Он отправился за мной и нашел меня.

Я был рядом с ним, когда он умер. Ты ни в чем не виноват, Нед. Просто он стал очень старым. Пришло его время, и он меня покинул.

Несмотря на все мои старания, при этих словах у меня перехватило горло.

Облегчение, появившееся на лице мальчика, когда он понял, что я его ни в чем не обвиняю, пронзило мое сердце еще одной острой стрелой. Неужели это для него важнее, чем смерть волка? Но потом он сказал: «Я не верю тебе», и я вдруг понял, что он говорит правду. Пройдет несколько дней, прежде чем он осознает, что старый волк к нам не вернется.

Ночной Волк больше никогда не будет лежать рядом с ним у камина, не будет тыкаться носом в его руку, чтобы Нед почесал его за ушами, никогда не отправится вместе с ним на охоту на зайцев. На глаза мне навернулись слезы.

– Все будет хорошо. Тебе просто нужно время, чтобы привыкнуть, – с трудом проговорил я.

– Надеюсь, – прошептал он.

– Иди поспи. У тебя еще есть пара часов.

– Да, наверное, ты прав, – не стал спорить Нед и шагнул ко мне.

 – Том, мне очень жаль, – сказал он и обнял меня, прогнав часть обид, которые успел мне нанести пару минут назад. Потом он посмотрел на меня и очень серьезно спросил: – Том, ты придешь завтра вечером, правда? Мне нужно с тобой поговорить. Это очень важно.

– Я приду завтра вечером. Если Джинна не против.

Я взглянул через плечо Неда на колдунью, а потом выпустил его из объятий.

– Джинна нисколько не против, – заверила меня она, и мне захотелось, чтобы только я слышал особую ласковую нотку, прозвучавшую в ее голосе.

– Ладно, встретимся завтра. Когда ты протрезвеешь. А теперь отправляйся спать, приятель.

Я взъерошил его мокрые волосы, и он едва слышно пожелал нам спокойной ночи. Нед ушел, а я остался с Джинной наедине. В комнате царила оглушительная тишина. В камине прогорело полено и упало с тихим треском.

– Я должен идти. Спасибо, что разрешила мне подождать Неда.

Джинна снова положила свое вязанье.

– Пожалуйста, Том Баджерлок.