Волшебный корабль

Брэшен кивнул – дескать, понял, – и капитан Вестрит его отпустил. Бывший старпом уже поднимался на ноги, когда умирающий заговорил снова. Он сказал:

– Ты был отличным моряком, Брэшен. – Его голос теперь звучал ясно и на удивление громко, словно он желал, чтобы не только семья слышала его, но и все остальные. Он, сколько мог, набрал в грудь воздуха. – У меня нет претензий к тебе, Брэшен. – Новый мучительный вздох. – Если бы жизнь вернулась ко мне и я снова вышел в море, ты был бы моим старшим помощником… – Голос его снова угас, последние слова он скорее просипел, нежели проговорил.

Его взгляд покинул лицо Брэшена и устремился туда, где стоял сердито насупившийся Кайл. Ефрон втянул в себя еще порцию воздуха. – Но мне больше не ходить по морям… «Проказница» никогда больше не будет моей…

Его губы начинали синеть. Он силился вдохнуть и не мог. Его рука сжалась в кулак и вдруг сделала яростный жест – мало кто понял бы, что он означал, но Брэшен понял. Он вскочил и рванулся следом за Альтией, чтобы скорее привести ее назад.

Назначение деревянного гвоздика никакой особой тайны не содержало. Ефрон сам рассказал Брэшену вскоре после того, как назначил его старпомом. На голове носовой статуи, среди завитков пышных волос, имелась защелка. Если нажать ее – высвобождался длинный нагель, вырезанный из шелковисто-серого диводрева. И поверье гласило, что умирающему следует крепко держать в руке этот нагель – тогда, мол, кораблю достанется елико возможная часть его мудрости и жизненной силы. Дело это было необязательным, но очень желательным.

Ефрон показал Брэшену защелку и объяснил, как она срабатывает, просто на всякий случай – мало ли что может произойти с ними в море, бывает, что капитаны и погибают вдали от родных берегов, так чтобы старпом мог высвободить заветный гвоздик и вложить его ему, Ефрону, в руки, пока он будет еще жив.

Почетная обязанность, которую, как Брэшен сердечно надеялся, ему никогда не придется выполнять. Но вот поди ж ты…

Альтия только что не свешивалась с бушприта вниз головой, силясь подцепить нагель пальцами и вытащить из гнезда.

Но у нее ничего не получалось. Брэшен без лишней болтовни свесился следом за ней, обхватил девушку за бедра и помог опуститься еще ниже, так, чтобы было удобней.

– Спасибо, – пропыхтела она, и нагель оказался у нее в руках.

Брэшен без большого усилия перенес ее через фальшборт и поставил на палубу. И она сразу бросилась обратно к отцу, зажав драгоценный гвоздь в кулаке. Брэшен не отставал.