Волшебный корабль

Она не сопровождала ее в ее самом первом, «девственном» плавании за пределы гавани и не присутствовала при погребении тела отца в морской бездне. В тот момент ей казалось, она не выдержит, когда его зашьют в парусину и привяжут к ногам запасной якорь, а потом опустят за борт…

Позже она будет горько жалеть, что ее не было при этом и она не смогла даже сказать ему последнего «прости».

Но в те мгновения она знала только, что не сможет еще раз взглянуть в паскудную рожу Кайла, не сможет (и неведомо, что тяжелее) выслушивать рассуждения матери, деловым тоном изрекающей кошмарные вещи.

Она даже не оглянулась на пораженную ужасом команду и не видела, как Кефрия вцепилась в локоть мужа и не дала ему броситься за Альтией, чтобы притащить ее назад силой. Она знала, что не сможет смотреть, как Проказница в самый первый раз отдает швартовы… и Кайл ею командует. Альтия только надеялась – корабль поймет ее. И простит… Нет, не так. Она ЗНАЛА, что Проказница поймет и простит ее. Альтии всегда была ненавистна мысль о том, что семейным кораблем будет распоряжаться Кайл. Теперь, когда Проказница пробудилась и ожила, такая мысль сделалась просто невыносимой. Это было даже хуже, чем оставить ребенка на попечении человека, которого ненавидишь. Увы, Альтия знала, что ничего не может по этому поводу предпринять. Совсем ничего. По крайней мере – прямо сейчас.

Корабельный посредник держал крохотную контору прямо здесь, на причале. И он до крайности изумился, когда увидел, что на стойку, отгородившую его стол, опирается Брэшен да еще и держит на плече свой матросский мешок с пожитками.

– Чем могу быть полезен? – вежливо и по-деловому поинтересовался посредник.

Брэшен, не удержавшись, про себя сравнил его с хорошо образованным бурундуком. Определенно было что-то этакое в том, как торчали его бакенбарды и борода, в том, как он выпрямился на стуле, задавая свой вопрос. Брэшен спокойно ответил:

– Я за расчетом пришел.

Посредник повернулся к полкам, начал просматривать какие-то книги… Потом выложил на стойку пухлый гроссбух.

– Я слышал, – заметил он, – капитана Вестрита недавно отнесли на корабль. – Раскрыв гроссбух, он разгладил страницы и повел пальцем вдоль колонки имен. Потом поднял глаза на Брэшена: – Ты долго с ним плавал. Я думал, ты и до конца с ним останешься…

– А я и остался, – ответил Брэшен коротко. – Мой капитан умер. «Проказница» отныне принадлежит капитану Хэвену, а мы с ним не больно-то ладим.