Час Купидона. Часть I. Секрет Купидона

Ничего, значит ничего, – сказал де Грамон, отступая в сторону выхода. – Идёмте, господа! Ясно же, что, если пажи ничего не слышали, значит, и видеть не могли. Те люди пробежали через другой зал. Скорее всего, они выбрали коридоры для прислуги, а это с другой стороны покоев.

Все гвардейцы вышли из зала, на этот раз сохраняя строгий порядок, и уже из галереи до ушей юных пажей и их надзирателя долетели обрывки фраз, вызвавшие общее любопытство:

– Этих грабителей нужно вздернуть на воротах Лувра! А чтобы впредь другим неповадно было, ещё и руки отрубить!

– Спокойствие, дорогой сержант.

Спокойствие. Мы же не во времена Карла Седьмого живём. Теперь не отрубают руки ни ворам, ни даже проворовавшимся экономам.

Спокойный, немного насмешливый тон герцога де Грамона вызвал приступ веселья у пажей. Те заулыбались, перемигиваясь между собой, но Мальфлёр тут же пресёк все зачатки шутливого настроения, бросив в их сторону испепеляющий взгляд.

– А ну-ка, разговорчики мне! Смена караула, шаг вперёд!

Два пажа выступили из строя и подошли к постаменту, встав лицом к караульным.

Отдав честь и притопнув каблуками, они поменялись местами и отсалютовали друг другу ещё раз.

– Пост сдан!

– Пост принят!

Де Кревье и де Виллеруа присоединились к шеренге, в которой выстроились другие пажи, с едва скрытым нетерпением поглядывавшие на выход. Мальфлёр, чеканя шаг, подошёл к ступеням постамента.

– Господа, будьте бдительны! В случае любого происшествия разрешаю звать на помощь.

Караул швейцарской гвардии стоит в Большой галерее.

– Так точно, господин надзиратель!

– Господа пажи! За мной! – коротко скомандовал Мальфлёр и повёл шеренгу пажей, сменившихся в карауле, к выходу.

– Так это точно, что ничего не случилось? – шёпотом спросил де Кревье, обернувшись к замыкавшему строй Франсуа.

– Точно. Ничего, – отозвался тот.

– Разговорчики! – рявкнул, не оборачиваясь, Мальфлёр, и Франсуа тихо выдохнул – иногда и суровость надзирателя была на пользу. Не хватало ещё, чтобы де Кревье заподозрил, что в то самое время, когда он прогуливался в обществе своей пассии во дворцовой Оранжерее, сам Виллеруа тоже отлучался из Приёмной королевы ради собственных дел.

Глава 6. Тревоги королевы

Утро. Шесть часов. Лувр. Покои королевы

Глухая ночь уже перевалила за порог так называемого часа Купидона. Близился рассвет, время начала утренней суеты, когда дворцовые коридоры и общие залы пробуждались ото сна и покоя.