Спасение в любви

Пейдж уставилась себе в колени. Невыносимо было думать, что он видел ее ужасные синяки.

– Послушай, – сказал он, пальцем поднимая ее лицо за подбородок. – Я жил в согласии с самим собой, пока в ту ночь ты не вошла в эту дверь со своим ребенком и этими синяками. Я соглашался один ловить рыбу, готовить и убирать – я никогда не имел ничего против одиночества. Я знал, что никогда не женюсь и у меня не будет детей. Но я могу помочь с этим…

– Это не твое дело!

– Теперь мое! И даже если ты сама не хочешь на меня полагаться, то твой сын полагается! Каждый день, с первого момента, когда он утром сбегает по лестнице в своей пижамке, и до самого последнего, когда он вечером засыпает! Когда вы с Крисом уедете отсюда, я хочу быть уверен, что мы сделали все, чтобы защитить тебя от этого ублюдка! – Он глубоко вздохнул.

 – Извини, – сказал он. – Иногда я начинаю страшить людей не только видом, но и голосом.

– Ты никого не страшишь своим видом, – еле слышно ответила она. – А если ничего не получится?

Он выпрямился:

– Тогда я помогу тебе добраться до какого-нибудь безопасного места.

Где бы оно ни находилось. Иисусе, Пейдж, если я этого не сделаю, как смогу жить дальше? Если я получу по физиономии и проигнорирую это, чего я тогда буду стоить?

Она умоляюще посмотрела на него и печально покачала головой.

– Почему ты думаешь, что никогда не женишься и не заведешь детей? – спросила она.

– Да ладно тебе, – расстроенно сказал тот.

– Нет, правда. Почему?

– Ну, можно начать с того, что в этом городе нет ни одной незамужней женщины старше восемнадцати и моложе шестидесяти.

Это тебе первая подсказка.

– Есть же много других городов…

– Иисусе, нам обязательно говорить об этом? Твой сын – единственный ребенок, который когда-либо вообще ко мне подходил. Христос, дети обычно бегут прятаться за родителей, когда видят меня.

Пейдж улыбнулась Причеру:

– Ты ругаешься как помешанный. Могу поклясться, что твоя мать в гробу переворачивается.

– И притом постоянно, – согласился он.

И продолжил с мольбой в голосе: – Я знаю, что ты боишься. Ты ведь все равно боишься посмотреть в глаза этому ублюдку и попробовать осадить его, да? Даже если я обещаю, что буду прикрывать твою спину? Даже если буду тебе помогать не только я? – Он вздохнул. – Знаешь, если сталкиваешься с медведем лицом к лицу, нельзя от него бежать. Надо выпрямиться во весь рост, надуть щеки и постараться выглядеть как можно крупнее. Устроить побольше шума.