Будь моей мамой!

Она всю жизнь проработала воспитателем в детском саду. Просто обожала всех детей и свою работу. Все свободное время уделяла семье – мужу Алексею Никитичу и дочке Веронике. Они жили в крошечной двухкомнатной квартире и были очень счастливы. Тот день, когда жизнь изменилась на сто восемьдесят градусов, Вероника помнила очень хорошо. В то утро мама ушла на работу, а они с папой позавтракали и вместе вышли из дома. Ника торопилась в школу, а у папы была важная встреча. Возле ворот школы Алексей Никитич остановился и поцеловал девочку в лоб.

– Хорошего дня! – подмигнул ей отец.

– Пап, – неожиданно для себя самой воскликнула Ника, – давай сегодня прогуляем школу!

У мужчины удивленно брови взлетели вверх.

– Чего это ты вдруг решила прогуливать? – поддел ее папа.

– Просто хочу побыть с тобой! – она схватила его за руку и заглянула в глаза.

Его глаза всегда ее восхищали. В них будто затаились искорки солнечного света. Карие, с золотистыми прожилками. Папа казался ей самым красивым мужчиной на свете.

Темные, как у самой Вероники, волосы, смуглая кожа и белозубая улыбка.

– Бусинка! – Алексей взъерошил ей волосы, – Я тоже хочу побыть с тобой, но у меня сейчас важная встреча. Давай так – я сейчас иду на встречу, ты в школу. Приносишь пятерки. А после уроков я тебя здесь встречу, и мы пойдем есть мороженое, а может быть даже в кино сходим!

Вероника не смогла отказаться от столь заманчивого предложения. Пришлось согласиться и все-таки разжать пальцы и отпустить руку отца.

Он ушел, а девочка смотрела ему вслед, а на душе было тоскливо. Это был последний раз, когда Ника видела своего папу живым.

Глава 5

– Ника, я так рада! – голос мамы вернул девушку в реальность.

Сделав глубокий вдох, Вероника тряхнула головой, прогоняя грустные воспоминания.

– Я тоже рада, – призналась тихо.

– Теперь ты перестанешь работать по ночам в больнице?

Вопрос родительницы застал врасплох. Она от души надеялась, что мама не в курсе ее ночных дежурств. Сейчас на счету была каждая копейка.

Вероника подрабатывала санитаркой в нейрохирургии.

– Я не знаю, – вздохнула девушка, – я не хотела, чтобы ты волновалась, вот и не говорила тебе раньше об этой работе. Выходит, ты все знала? Танька проболталась?

Женщина лишь ободряюще сжала пальцы дочери и слабо улыбнулась.

– Конечно же знала, и страшно гордилась тобой! А сейчас буду гордиться еще больше! А на Таню не сердись. Она мне ничего не говорила, я сама догадалась.