Простите, ректор! Так получилось…

Ее крики каленым железом вторгались в мою бедную голову.

– Да не ори ты! – взмолилась я, хватаясь за виски.

Странно, но девица захлопнула рот и вытаращилась на меня.

– Ты живая! – не спросила, поставила диагноз Вичка, тыча в меня пальцем.

Я даже оглянулась на всякий случай.

– Да, – кивнула я этой дурехе, – а где умертвие?

Щеки внучки лекаря вспыхнули красным. Да не только щеки. От корней волос до самых кончиков ушей девушка пылала, словно алый мак.

– Я думала это ты…

Захотелось выругаться.

От души, да так чтобы гоблины смутились. Ну, это же надо!

– Спасибо, – холодно процедила я, – я знала, что не красавица, но не до такой же степени!

– Прости, – еще сильнее покраснела Вичка, – час назад в тебе не было и капли жизни.

– Магии?

Она качнула головой.

– И магии тоже, но я клянусь, что искры жизни в тебе тоже не было… Когда ректор принес тебя…

– Что? – севшим голосом спросила я. – Ректор? Ты не путаешь?

– Не путаю! – обиделась внучка лекаря, – Он прошел сквозь ледяной портал, положил тебя на кровать и ушел.

Сказал лечить. А как лечить, если уже нить жизни была оборвана? Мы честно пытались… дедушка не отходил от тебя ни на шаг, вливал зелья, даже магию пробовал, но ничего не помогало! Я сама видела, как твоя искра погасла! И тут я захожу, и ты встаешь…

Мда уж, невесело…

Но ведь Берт был со мной рядом! И кто-то еще.

Кто?

Ректор меня принес к лекарю. Сам. Что само по себе очень странно. Но кого испугался Берт? Ведь кто-то же приходил ко мне, этот кто-то помог вернуться.

Сомневаюсь, что это лекарь меня так «лечил».

– Ко мне кто-то приходил? – спросила я.

– Приходил, – кивнула Вичка, – красавчик такой! Сидел рядом с кроватью, держал тебя за руку.

Я с сомнением посмотрела на рыжую помощницу лекаря. Поверить в то, что «красавчик» приходил и держал меня за руку, а уж тем более, что это он мог поделиться силой со мной, было гораздо сложнее, чем в то, что ректор решил быть носильщиком моего бездыханного тела в лекарню.

Бредовей может быть только предположение, что это Берт принял человеческий образ и вдохнул в меня жизнь вместе с магией.

– Мне надо к себе, – оповестила я Вичку.

Девушка распахнула глаза и даже руками на меня замахала.

– Ни в коем случае! Я позову дедушку! Он должен тебя осмотреть!

Пришлось остаться. Старичок лекарь долго причитал, как страшно жить нынешней молодежи, что не бережем мы себя, как есть, не бережем.