Жена напрокат. Любовь (не) предлагать

Сжав кулаки, Марина шагнула к женщине.

– Не смей так говорить о моей дочери! – зашипела девушка, глядя в лицо матери своего мужа.

– Помогите! – внезапно заголосила свекровь, – Убивают!

Это было настолько неожиданно, что Марина опешила. В этот момент распахнулась дверь. В квартиру ввалился невменяемый Виталик.

– Мама! – вскричал любящий сынок, кидаясь к женщине, отпихивая жену, – Что случилось?

Увидев благодарного зрителя, Инга Максимовна закатила глаза и начала оседать на пол. Подхватив дородное тело матери, Виталик, покраснев от натуги, крикнул:

– Чего ты стоишь? Видишь, маме плохо! Вызывай скорую!

Марина смотрела на разворачивающийся перед ней спектакль и понимала, что внутри пусто.

Нет ни жалости, ни злости. Ничего. Она повернулась и пошла к дочери. В то, что ее свекровь при смерти, Смирнова не верила. Очередное представление, не более. А вот в то, что у этой скупой женщины были сбережения, девушка подозревала давно, но никаких доказательств у нее не было.

Повинуясь внезапному порыву, Марина решила проверить шкатулку, в которую складывала всю наличность.

Там были не все заработанные ею деньги, основная часть хранилась на личном счете, но на текущие расходы она складывала в специально купленную для этого коробочку.

Как и ожидала Марина, шкатулка была пуста.

Стараясь дышать глубоко и размеренно, девушка села на пол, обхватила колени ладонями и опустила на них голову. В детстве она часто пряталась от собственных страхов вот в такой позе. Казалось – весь мир остался там, снаружи.

Сквозь этот созданный кокон никто не пробьётся. Ничего не отвлекало от мыслей. Так было легче искать пути к решению.

Где-то там, в другой реальности, звенели чужие голоса. Это приехала скорая. Громче всех кричала «больная». Что-то бубнил супруг. Хлопали двери. Видимо собирали пациентку в больницу. Инга Максимовна настаивала на госпитализации, а сынок вызвался сопровождать мать. Через время все стихло. Марина осталась одна.

– Мамочка, что случилось? – голос Маши вырвал из пучины отчаяния и заставил очнуться.

Марина вскинула голову и посмотрела на девочку. Губы не слушались, но нужно было сказать хоть что-то.

– Иди сюда! – протянула руку и сжала детские пальчики.

Маша села рядом и доверчиво прижалась к ее плечу.

– Не плачь, – попросила малышка, заглядывая в глаза матери.

Марина с удивлением обнаружила, что и правда плачет. Давно уже она не позволяла себе такой слабости. Как-то навалилось все разом.