Кодекс выживания

Я немного привстал, упёршись спиной в крышку стола, сдвинулся к краю и оттолкнулся ногами, переворачивая стол. Как я и рассчитывал – уродец не устоял на ногах и завалился на спину, упав на землю. Сразу же последовал удар топором, угодив монстру по ноге. Что-то хрустнуло – топор цел, значит, это нога. Теперь-то этот мутант так не побегает!

Но мои надежды не оправдались. Бегун резво поднялся и уверенно стояла на двух ногах.

Я рванул к воротам, надеясь, что хотя бы в скорости он потерял.

Но нет, бежал он так же, ну или почти так же, как раньше.

Не дал мне даже пары секунд, чтобы открыть ворота.

Увернуться от его тарана я не смог, и он повалил меня на землю, впечатав перед этим в ворота.

Я немного растерялся, не зная, за что его держать. Пальцы с когтями и морда с зубами одинаково опасны. Топор пришлось выбросить. Одной рукой схватил его за шею, второй прикрыл глаза от тянущихся к ним пальцев. Когти больно рвали одну руку, а в другую впились зубы монстра. Не в силах терпеть ужасную боль я заорал.

Не хочу умирать… Убрал вторую руку от лица и сильнее схватил тварь за горло. Когти полоснули мне по лицу, потом по шее. Чувствую горячую жидкость, вытекающую из моих ран. Силы покидают тело. Уже почти не больно… Прости Арина, не доведу я тебя до парня…

Но тут я почувствовал, что монстр резко стал ещё тяжелее. Раздалось ещё одно рычание. Бегун слез с меня, перекатившись в сторону. А в его объятиях была Псинка. Последние силы меня покинули, сейчас и сознание угаснет, нет сил даже, чтобы веки держать открытыми.

Темнота…

Скуление Псинки резануло уши. Сразу вспомнился сосед дядя Толя – вспышка злости, прилив сил.

Открываю глаза. Этот урод рвёт мою собаку! Подрываюсь, хватаю топор и бью его с размаху по спине. Повторяю ещё раз. И ещё. И ещё. Пальцы разжались, не в силах больше держать оружие. Но больше и не нужно. Мутант мёртв, а Псинка лежит под ним, тяжело дыша и жалобно поскуливая.

Скинул тушу в сторону. Пошатываясь, направился к воротам. С трудом открыл и увидел круглые от ужаса глаза Арины.

Дальше всё как в тумане… Куда-то шёл, кто-то мне помогал. Потом стало легче…

* * *

Когда я проснулся, на улице была поздняя ночь. Да я и сам нахожусь на улице. Не могу пошевелить головой, но над головой чужое звёздное небо. Пальцы тоже не слушаются. Попытался себя ощупать – похоже на перевязку. С трудом сел.

Я был на лавочке в той самой беседке. Руки и шея обмотаны тряпками. На второй лавке спит Арина.