Живой демон

Вытирая кровь со своего лица, я рассматривал девушку, которая сама верила в происходящее не больше чем я.

Она переводила взгляд с одного трупа на другого, а потом на меня.

– Хохра рарро, – произнесла она на выдохе.

– Согласен, хуйня та ещё… Спасибо…

Девушка бросила кинжал и протянула мне руку, помогая подняться. Я вопросительно посмотрел на неё, на трупы и задержал взгляд на растении.

Раро лишь пожала плечами, как я недавно.

И почему оно её не раздавило? Почему она мне помогла, а не своим родичам? Совсем недавно она хотела меня убить…

Навалилась сильная усталость.

Слишком много событий за последние сутки и слишком мало отдыха. Впрочем, как всегда. С этими мыслями я опустился на оставшиеся шкуры в закутке пещеры и быстро вырубился. Спать хотелось, как никогда, и через некоторое время, адреналин перестал удерживать моё сознание в реальности. Я погрузился в долгий сон.

* * *

Но сон оказался не таким долгим, как мне хотелось бы.

Сначала услышал знакомый звук трения растения о скалы пещеры.

Потом почувствовал тепло женского тела, лежавшего рядом. Моя рука обхватывала что-то упругое и большое.

Я подорвался, как только понял, что сжимаю в руке грудь Раро. А растение в это время уже сдвинуло перекрывший расщелину булыжник и сейчас заползло до средины логова.

Девушка успела перекусить, прежде чем уснуть. И это хорошо, хотя бы сил прибавиться. А у меня во время сна откатился навык призыва ифритов, да и усталость немного отступила.

Поднявшись, я размялся и приготовился к бою с этим созданием.

Хотя какой там бой. Тут либо ифриты смогут его сжечь, либо он нас всех проткнёт и раздавит, как того червя. Я разбудил девушку и призвал ифритов.

Раро тревожно посмотрела на медленно двигающиеся по пещере корни. Или ветки. Или щупальца. Трудно однозначно сказать, что это такое.

Но прежде чем я приказал атаковать, растение сделало кое-что совсем немыслимое.

То ли почувствовав опасность, то ли собравшись наконец с силами, одна из ветвей стала преобразовываться.

Конец ветки стал приобретать кругловатую форму, наливаясь изнутри и увеличиваясь. Когда он достиг размера яблока, стало меняться его покрытие. На натянутой коже появилась горизонтальная полоса, из неё прорезалось несколько волосков. Потом полоса разделилась на две и образовала щель между собой.

Из этой щели начала сочиться желтоватая слизь, но вскоре перестала и щель внезапно раскрылась.

На меня уставился большой глаз, со зрачком, веками и ресницами.