Интроверт. Врага уничтожить

Но, как только Егор попытался осмотреться на новой позиции, сразу последовало несколько длинных автоматных очередей. Они вспороли рубероид на крыше и нервно застучали по металлическому люку. Несколько пуль прошили насквозь левое плечо, раздробив плечевую кость и лопатку. От острой боли, пронзившей всю половину тела, у Егора на несколько секунд перехватило дыхание и застучало в висках. Его левая рука безвольно повисла вдоль туловища, а с безжизненных пальцев на крышу сорвалось несколько красных капель. Спрятавшись за приоткрытым люком, Егор мстительно посмотрел в сторону невидимого врага и сквозь зубы пообещал: «Я и одной рукой с тобой разберусь!».

«Похоже, что стреляли с этого же дома», – подумал он, зажав автомат между ног, а правой рукой заряжая подствольный гранатомёт. Ещё раз внимательно осмотрев крышу, Егор задержался взглядом на каждой из восьми массивных вентиляционных труб. Когда за одной из них он краем глаза заметил еле уловимое движение, то стало очевидно, что стреляли именно оттуда.

Граната попала точно в цель. Большую часть вентиляционной трубы разнесло по кирпичам, а самого таинственного снайпера отбросило в сторону. Чуть выглянув из-за люка, Егор успел с удивлением заметить до боли знакомый красный комбинезон и блестящие чёрные волосы с серебристой заколкой. От этого неожиданного и завораживающего зрелища его палец непроизвольно соскочил со спускового крючка, и обязательная в подобных ситуациях контрольная очередь так и не прозвучала.

Снайпер воспользовался моментом и скрылся за полуразрушенной трубой. Его оружие так и осталось лежать на крыше. Однако через несколько секунд тонкая рука в белой кружевной водолазке осторожно потянулась к видавшей виды снайперской винтовке. Ухватившиеся за ремень пальцы через секунду добрались и до самого оружия, а затем вместе с ним проворно исчезли за остатками вентиляционной трубы.

– Нота?! Ты что здесь делаешь?! И почему ты стреляешь в меня?! Ты что с катушек соскочила?! – гневно прокричал Егор, борясь с сильным желанием тут же выйти из своего укрытия и отвесить крепкий подзатыльник заигравшейся Эмилии. Однако, взглянув на свою окровавленную левую руку, он решил пока повременить с таким крутыми воспитательными мерами. Нота очень кстати выдерживала театральную паузу и ничего не ответила, предоставив Егору время, чтобы немного остыть.