Интроверт. Врага уничтожить

Вместо этого невыносимая тоска разом накрыла Егора с головой. Он потерял не только одного из своих лучших бойцов, но и, как ему казалось, верного друга. Было очень горько оттого, что Эмилия перешла на сторону врага и даже перед смертью не признала свою ошибку. Это был по-настоящему чёрный день.

Но теперь предстояло разобраться с обстоятельствами произошедшего и достучаться, наконец-то, до Ёжика, который по-прежнему не подавал признаков жизни.

Внезапно у Егора потемнело в глазах. Ноги стали совершенно ватными.

Он качнулся, а затем с размаху ударился лицом о битые кирпичи. Вечерний ветер стремительно пронёсся над крышей, подняв в воздух белую пыль и сдвинув с места стреляные гильзы.

* * *

Через пару минут на стоявшую рядом телевизионную антенну села ворона. Она с любопытством стала вращать головой в разные стороны, лукаво наклоняя её то вправо, то влево. Деловито осмотрев поле боя, птица сделала вид, что не обнаружила ничего интересного. Тем не менее она никуда не улетела.

На крышу, залитую кровью и усыпанную гильзами вперемешку с кирпичной крошкой, опустились ещё несколько ворон.

Все они с любопытством косились на окровавленные и неподвижные тела людей, не решаясь пока приближаться. Страх был сильнее голода, но ситуация постепенно менялась. Через некоторое время одна из ворон всё-таки решилась подкрасться к безжизненному телу Егора. Она боязливо клюнула его в окровавленное плечо и тут же отскочила назад.

Не дождавшись никакой реакции, она повторила свой манёвр, но уже гораздо смелее.

Убедившись, что наказания опять не последовало, ворона прыжком взобралась на спину Егора и стала уже всерьёз клевать кровавую рану. Оголодавшая птица вовсю помогала себе когтями, торопливо пытаясь разорвать одежду.

Остальные последовали её примеру. Они по очереди присоединялись к этой мрачной трапезе, постепенно входя во вкус. С окрестных домов на поле боя стало быстро слетаться вороньё. Ни один падальщик не желал пропустить пиршество, так неожиданно подаренное судьбой.

Крыша довольно быстро заполнилась подвижной, словно ртуть, чёрно-серой массой, которая не только плотно облепила сразу оба тела, но и начала поглощать их. Вновь прибывшие вороны сразу же присоединились к жестокой трапезе и с остервенением торопливо клевали человеческую плоть. Каждый падальщик пытался урвать кусок побольше и поэтому вовсю расталкивал своих соплеменников. Происходящая вакханалия стала всё больше напоминать адский пир, который быстро набирал обороты.