Интроверт. Врага уничтожить

На нём помощник канцлера отмечал каждый день на новой работе. Когда дни складывались в целую неделю, то это был особый праздник. По поводу своего первого месяца в должности помощника канцлера Ярис организовал такое торжество, что вызвал удивление даже у некоторых медиа-магнатов. Однако всё объяснялось очень просто. Он ясно ощущал всеми щупальцами, что каждый день ходит по лезвию бритвы. Именно поэтому Ярис так отчаянно веселился, словно это была последняя возможность почувствовать себя живым. – Пять недель, три часа и пятнадцать минут, если быть совсем точным, – добавил он и стал ждать реакции начальства.

– Вы хорошо работаете, господин Ярис, – промурлыкал Фломус. – И мне почти не в чем вас упрекнуть. За исключением, пожалуй, одной мелочи.

– Позвольте узнать, что это за мелочь? – поинтересовался старший помощник. – Я хотел бы на все сто процентов оправдывать ожидания канцлера Аменсалы. Приложу все силы, чтобы полностью соответствовать высоким требованиям, предъявляемым к старшему помощнику.

– Не сомневаюсь в этом, – добродушно ответил Фломус. – Подойдите, поближе – я не хочу, чтобы это услышал кто-то, кроме вас.

Ярис немедленно занял место рядом со столиком канцлера и отчаянно старался не смахнуть что-нибудь своими щупальцами.

– Вы меня полностью устраиваете, Ярис, в качестве старшего помощника, – доверительно сказал Фломус. – Однако над одной деталью вам всё же стоит поработать, если вы действительно так преданы канцлеру, как стараетесь это показать. По большому счёту это сущий пустяк, – канцлер по-отечески приобнял Яриса мощным щупальцем.

 – Вы слишком много болтаете! – яростно крикнул Фломус и сомкнул свои смертельные объятья.

Когда предсмертные судороги стихли, канцлер разомкнул кольцо щупалец и выпустил из него своего старшего помощника. Тело Яриса распласталось на полу, а затем медленно сползло в бассейн. Полукольца щупалец раскинулись в разные стороны, напоминая деревянные стружки. Глаза всё ещё были открыты и смотрели куда-то вверх.

Равномерно розовая окраска кожи казалась неуместной. Однако это было естественной реакцией на столь высокую дозу кортизола, выброшенного в гемолимфу перед самой смертью. Клетки-хроматофоры с красным пигментом мгновенно расширились за секунду до того, как Фломус мёртвой хваткой сжал голову помощника.

Через несколько минут розовый цвет кожи стал медленно сменяться на серый, а затем – и на чёрный. Вокруг тела мёртвого декапода появилось чернильное пятно.