Интроверт. Врага уничтожить

Он был готов поспорить на своё ведущее щупальце, что любое возражение сейчас вызовет вспышку гнева у канцлера. Именно поэтому Морус и не стал ни в чём оправдываться. Тем более, что во внерабочее время плавать в личном бассейне никаким законом не запрещалось. «Жаль, что канцлер об этом периодически забывает. Да ещё эти надоевшие всем вспышки гнева. Живешь, как на вулкане! Жаль, что деваться некуда», – с раздражением и злостью подумал Морус, стараясь унять зачастивший пульс.

– Так вот, генерал, – продолжил канцлер.

 – Мне доложили, что политическая оппозиция в последнее время ведёт себя особенно нагло. Дошло до того, что их лидеры открыто призывают к объявлению импичмента действующему канцлеру и к внеочередным выборам. Они, уже не скрываясь, раздают друг другу должности в новом правительстве и делят ресурсы Аменсалы. Как вы, надеюсь, понимаете, генерал, это совершенно неприемлемо. Вы отлично знаете, как следует поступать с подобными государственными преступниками согласно действующему законодательству. В ваших же интересах как можно быстрее навести порядок и стабилизировать обстановку на планете. Иначе ваша должность, генеральское звание, а, вероятно, и нечто большее, очень скоро перестанут вам принадлежать. Надеюсь, вы меня поняли, генерал Морус? – задал риторический вопрос канцлер и, заметив судорожно кивающего всем телом генерала, добавил: – В таком случае я вас больше не задерживаю.

* * *

Проведя весь день, в переговорах с подчинёнными, канцлер был до предела раздражён.

Разумеется, всё началось с этого безмозглого старшего помощника. «Как там его звали?», – на секунду задумался Фломус, но тут же бросил эту пустую затею. «Он и впрямь слишком много болтал, за что совершенно справедливо и поплатился. Ничего страшного не произошло. Стоит кадровой службе щёлкнуть присосками, как тут же набежит толпа желающих срочно стать новым старшим помощником», – рассуждал канцлер.

Затем пришлось общаться с тупыми подчинёнными, чтобы добиться от них хоть какого-то толку.

Похоже настало время начать массовые репрессии. Это разом остудит горячие головы и укоротит длинные щупальца оппозиционеров, рвущихся ко власти. Кроме того, демонстрация по сути безграничных возможностей действующей администрации послужит наглядным примером для простых декаподов. «Им, видите ли, холодно!», – с раздражением подумал канцлер и покрылся розовыми пятнами. «Одевайтесь теплее – неужели непонятно!», – продолжал сердиться Фломус.