Кукольник

А он все говорил и говорил куда-то в сторону окна, потом наконец повернулся к Цинтии, бросил книгу на стоящий у кровати столик и горько улыбнулся.

– В том-то и беда наша, что смерть мы видим впереди, а большая часть ее у нас за плечами, – ведь сколько лет жизни минуло, и все принадлежат смерти.

Джонатан знал это письмо Сенеки Луцилию, как никакое другое, но никогда прежде оно не было наполнено таким глубоким смыслом. Подойдя к Цинтии, он одной рукой взял с подноса булочку, целиком запихал ее в рот, другой рукой схватил фарфоровую чашечку, запил и по-хозяйски мотнул головой в сторону постели.

* * *

К утру следующего дня шериф Айкен был уже в Новом Орлеане. Он довольно быстро отыскал торговца, продавшего Аристотеля Дюбуа, и выяснил, что тот его перекупил у мелкого фермера, чья усадьба находилась в десятке миль от города.

Не желая скрывать ни малейшей детали, торговец рассказал, что этого негра он взял у хозяина весьма неохотно; по его сведениям, этот Аристотель всегда был склонен к побегам и непослушанию, отчего ему еще в молодости выжгли на щеке тавро в виде буквы V – по фамилии владельца, и лишь за последние два года негр пускался в бега трижды.

Это было уже кое-что, но на вопрос, числятся ли за Аристотелем групповые побеги и может ли у него быть столь же преступный товарищ, торговец ответить не сумел.

– Знаете, шериф, – болезненно скривился он, – от этих черных чего угодно можно ждать; пока ты его лупишь, он терпит, а, не дай бог, поблажку дашь, тут тебе и сюрприз: или свинью украдет, или на Север подастся.

Зверь, он и есть зверь… сами понимаете.

Шериф понимал, а потому не стал терять времени, выехал в указанном направлении и к обеду уже разговаривал с предпоследним хозяином черного убийцы – мсье Леонардом де Виллем.

– Что вы хотите знать? – настороженно поинтересовался пожилой, плохо одетый француз.

Шериф Айкен поморщился, но стерпел, хотя акцент у фермера был кошмарный.

– У Аристотеля товарищи были? – прямо спросил он.

– А я почем знаю? – нахмурился француз.

 – Я над ним в поле не стоял.

– Тогда пригласите надсмотрщика, – предложил Айкен.

– Нет у меня надсмотрщиков, – криво усмехнулся фермер. – Я, знаете ли, господин шериф, не настолько богат.

Айкен на секунду задумался. По множеству мельчайших, но верных признаков, таких, как мгновенный скачок взгляда в сторону, было видно, что фермер чего-то недоговаривает, и теперь шериф прикидывал, как именно он заставит этого французика развязать язык.