Садовник

Никогда прежде алькальд не снисходил до того, чтобы ездить с ним в одной машине.

Алькальд сокрушенно покачал головой. Этого сопляка Мигеля Санчеса прислали к нему в город из Сарагосы четыре месяца назад, когда прежний начальник полиции скоропостижно скончался, и сеньор Рохо имел все основания полагать, что он еще хлебнет горя с этим молокососом.

– Тело сеньоры Долорес пропало, – сквозь зубы процедил он.

– Как пропало? – растерялся лейтенант Санчес. – Куда оно могло пропасть?

– Не знаю! – раздраженно вспыхнул алькальд.

 – Вот вы мне и скажете, куда именно!

– Кто сообщил? – мгновенно взял себя в руки молодой начальник полиции.

– Падре Франсиско. Четверть часа назад у меня был. Сказал, мраморная крышка усыпальницы разбита, а тела нет.

У лейтенанта перехватило дыхание. Он старался не торопиться с выводами, но предчувствия были самыми нехорошими.

– А где падре сейчас? – холодея, спросил он. – И вообще, хорошо ли он осмотрел место происшествия? Да и кому нужен труп?

– Вот вы это и выясните, – буркнул алькальд.

 – Я сам еще не все понял.

Оба умолкли, и лейтенант Санчес, действительно еще слишком молодой для должности начальника полиции, пусть и маленького провинциального городка, подумал, что с таким отношением алькальда ему здесь не удержаться. При-мерно то же думал и сеньор Рохо, хотя гораздо больше его заботили далеко идущие политические последствия преступления. Кто бы ни были эти похитители, они ударили его в самое сердце.

Машина протряслась по булыжной мостовой несколько кварталов, быстро пересекла окраинные застройки, и вот уже впереди показалась и начала расти серая громада храма.

Шофер подъехал к храмовой ограде, но впервые алькальд не хлопнул его по плечу, приказывая остановиться, и впервые его автомобиль непочтительно пересек границу священной земли и встал прямо напротив лавровой аллеи.

Алькальд спрыгнул на выложенную тесаным камнем дорожку и молча стремительным шагом направился к фамильному склепу Эсперанса. Сдвинул в сторону скорбно замершего у входа падре Франсиско, отметил взглядом открытую дверь и вставленный в замочную скважину большой узорный ключ, перекрестился и решительно шагнул внутрь.

Солнце освещало внутренность склепа достаточно хорошо, и алькальд сразу увидел все: и разбросанные по всему полу увядшие розы, и пустую гробницу, и разбитую крышку рядом с ней.

– Дьявол!

Вошедший следом начальник полиции встал рядом.

– Только не трогайте ничего, сеньор Рохо, – тихо попросил он.