Джек из Тени

– Неужели это значит, что я не могу быть обычным зрителем на публичном мероприятии?

– Когда речь идет об Адском Пламени – да. Оно бесценно, о нем мечтают и Светлая сторона, и Темная. Как Мастер Игр я не могу допустить вашего присутствия рядом с ним.

– Издержки плохой репутации, – заметил Джек. – Что бы ты ни делал, тебя всегда подозревают.

– Хватит! Вы пришли, чтобы его украсть?

– Только глупец ответит на такой вопрос утвердительно.

– Значит, от вас невозможно получить честный ответ, – заявил Мастер Игр.

– Если под честным ответом вы подразумеваете то, что хотите услышать, – и неважно, правда это или нет, – тогда я вынужден сказать, что вы правы.

– Свяжите ему руки за спиной, – приказал Бенони.

Стражники выполнили приказ.

– Сколько у вас жизней, темноземелец? – спросил Мастер Игр.

Джек не ответил.

– Да перестаньте! Всем известно, что у обитателей Темной стороны жизнь не одна. Сколько их у вас?

– Мне не нравится, как это звучит, – сказал Джек.

– Вы все равно умрете не навсегда.

– От Навозных ям Глайва на Западном полюсе долгий путь, а идти приходится пешком. Иногда создание нового тела занимает годы, – сказал Джек.

– Значит, вы уже там бывали?

– Да, – ответил Джек, пробуя веревки на прочность, – и я бы предпочел не повторять этот путь.

– Значит, вы признаете, что у вас есть как минимум еще одна жизнь, – с довольным видом заявил Мастер Игр. – Хорошо. В таком случае у меня не будет ни малейших угрызений совести, если я отдам приказ о вашей немедленной казни…

– Подождите! – сказал Джек, вскидывая голову и показывая зубы.

 – Вы ведете себя глупо, ведь я ничего не совершил. Но забудем об этом. Пришел я сюда, чтобы украсть Адское Пламя или нет, уже значения не имеет, ведь теперь мне это не под силу. Отпустите меня, и я уйду в добровольное изгнание на время Адских Игр. Я не стану выходить в Сумерки и останусь в Темноте.

– И какие я буду иметь гарантии? – спросил Мастер Игр.

– Мое слово.

Бенони снова рассмеялся.

– Слово пришельца с Темной стороны, персонажа преступного фольклора? – наконец проговорил он. – Нет, Джек. Я не вижу иного способа обеспечить сохранность трофея, кроме как вынести вам смертный приговор. Это в моей власти, и так я и поступлю. Писец! Запиши, что я рассмотрел вопрос и вынес решение о казни.

Горбун с кольцами в бороде, щурившийся так, что тонкая, как его пергамент, кожа лица шла морщинами, вытащил перо и принялся писать.