Платформа

И еще неожиданной переменой в отношениях, связывавших нас с Пеллонхорком.

Пять. Рейзер

Рейзер клевала носом и размышляла. Исход с Земли был хаотичным. Он начался с отчаяния, а закончился почти полной безнадежностью. Рейзер подозревала, что никто на Земле на самом деле не верил, будто пригодное для жизни место отыщется и что средства, которые вбухивались в терраформирование и транспорт, предназначались исключительно для того, чтобы дать людям цель в последние десятилетия. Те, кто улетал, не ожидали, что достигнут места назначения, а те, кто достиг, вынуждены были немедленно озаботиться выживанием.

Так, беспорядочно, и начала зарождаться Система, где у каждого мира были свои проблемы. Первое столетие все планеты провели, держась наособицу, как до сих пор поступали Геенна и неназываемая. Геенна обратилась в одну веру, неназываемая планета в другую; последняя также ушла в изоляцию, которую поддерживала столь тщательно, что могла бы с тем же успехом не существовать. Каждое необъясненное бедствие рождало слухи и подозрения, что за ним стоит неназываемая планета.

На протяжении десятилетий в Системе не было никакой структуры, помимо той, которая была необходима, чтобы поддерживать механизмы торговли; тем временем земной Интернет переродился в Песнь. Процветали беззаконие и коррупция. Система разрослась так, как Земле и не снилось.

У Рейзер разболелась голова, и она, усевшись на край постели, выпила воды, представляя себе, насколько хуже сейчас, должно быть, приходилось Бейлу.

Голомэн вдохновенно жестикулировал и что-то говорил. Кто угодно в системе, за исключением жителей двух очевидных планет, узнал бы это лицо.

В такой вот хаос около века назад неожиданно ворвалась «ПослеЖизнь», сформировавшись почти в одночасье, и за несколько лет изменила Систему полностью. Рейзер подумалось, что календарь должен это как-то отображать, что годы нужно разделить на те, что до «ПослеЖизни» и те, что…

А может, и не нужно. Еще воды.

И каффэ.

Несмотря ни на что, жизнь оставалась тяжелой. Ею теперь руководил безжалостный прагматизм. Землянин, может, и поразился бы кое-каким проявлениям современной технологии, но и увидел бы в повседневном использовании такие вещи, от которых отказались задолго до гибели Земли. В Системе надежность ценилась больше инновации.

Голомэн перешел к «ПравдивымРассказам», «ЗвезднымСердцам» и другим ПараСайтам.

Какие-то черты земной жизни ушли в прошлое.