Бывший моей сестры

– Ты самая лучшая тётка на свете, – сказал я вместо спасибо. Тётя Катя заметно облегчила мне жизнь.

– Обращайся, – весело отозвалась она. – И я с нетерпением буду ждать приглашения на свадьбу, – напомнила тётя Катя, как будто про неё можно было забыть.

– Ну, это само собой, – в этот момент я понял окончательно, что с моими активными родственниками, зарегистрироваться в тихушку не получится.

Заворачивая во двор к дому, я вспомнил, что не предупредил Женю о своём внезапном приезде и тут же начал её звонить.

Внимательно прослушав гудки до конца, я поймал себя на мысли, что не хочу подниматься в квартиру, Жени там скорее всего уже нет.

Через несколько минут, я снова позвонил ей, ничего не изменилось, результат был тот же.

Я вышел из машины и зачем-то поднял голову к окнам своей квартиры. Восьмой этаж, всё равно же ничего не видно. Потом посмотрел на часы, время ещё даже одиннадцати не было.

Может Женя спит и звук на телефоне отключила, подумал я, рассматривая другие варианты.

Успокаивать я никогда не умел, поэтому даже себе уверенность не получилось вернуть. Предательская мысль сверлила мой мозг и моя правда заключалась в том, что скорее всего Женя уже пожалела, что согласилась выйти за меня замуж.

Я уже практически не сомневался, что на столе лежит, какая-нибудь записка, в стиле: “Не ищи меня и не звони, я чуть не совершила глупость”.

Поднимаясь в лифте, я решил что, да хрен с ней, с этой Америкой, останусь дома и буду продолжать добиваться Женю.

За все свои двадцать восемь лет или сколько из них я себя помню, у меня всегда было всё надежно и предсказуемо. Моя комфортная и сытная жизнь никогда не давала сбоев, какие бы усилия я для этого не предпринимал.

Временами мне было по-настоящему тоскливо, от всего этого неизбежного благополучия, мне не надо было ничего добиваться, чтобы я не делал, у меня однозначно всё будет хорошо.

Моё свободное, а иногда наглое поведение, всегда и везде приветствовалось, а слабая половина человечества смотрела на меня с откровенным обожанием.

И только с женей всё было по-другому, она была особенная. Эта девчонка постоянно огрызалась со мной и всё время пыталась от меня убежать. Ей тоже, как и мне не нужны были эти лёгкие материальные блага. В моих выходках, Женя тоже ничего забавного не видела. С ней я чувствовал себя живым, а не запрограммированным роботом.

В прихожей я сразу заметил вещи Жени и выдохнул с облегчением.