Каменный век

Река была довольно быстрой и широкой, так что о том, чтобы переправиться на другую сторону, Кирилл даже не думал. Да и необходимости в этом пока не было. Двигаясь вдоль берега по течению реки, он внимательно смотрел по сторонам в поисках дичи. Орехи – это, конечно, замечательно, но если они будут с мясом, еще лучше.

Передвигался он медленно. Вес рюкзака, висевшего на плечах, был невелик. Но даже его хватало, чтобы вызвать в теле ноющую боль, мешавшую на каждом шагу. Вот только место крушения уже далеко и возвращаться он определенно не намерен.

То место дало ему все подарки и уроки, которые были уготованы ему судьбой, а потому оставаться там и дальше смысла не было. Когда наступил полдень, Холодов сделал привал, чтобы поесть и заодно проверить телефон на наличие связи. Но, увы, крестик на месте палочек уровня сигнала снова расстроил надежды молодого человека.

Продолжив свой путь после небольшого отдыха, Холодов стал замечать, что еще недавно довольно крутой склон почти превратился в ровную поверхность, а бурлящая местами река приобрела ровное и спокойное течение.

Обычно такие вещи говорят о приближении к крупному водоему, в который впадает этот приток. А на крупных водоемах, как правило, есть люди. Только вот, если они там есть, почему они не услышали падение самолета?

Кирилл не ошибся, ибо к вечеру, когда солнце уже почти скрылось за горизонтом, он вышел на берег огромного водоема. Настолько огромного, что ему был не виден противоположный берег. Его зеркальная гладь отражала в себе ночное небо и едва проступившие на нем звезды.

Холодов скинул рюкзак и отправился на поиски дров, чтобы разжечь костер для ночлега. Ночь обещала быть прохладной.

Грубые металлические пальцы пытались как можно мягче касаться огромного куска глины. Липкое, массообразное вещество сбегало каждый раз, стоило лишь на долю секунды потерять контроль над вибрациями в теле и чуть посильнее сжать руку. Но как только оно приобретало более или менее четкий человеческий облик, как внутри него зарождался до боли знакомый огонек.

И вновь надежда на успех безжалостно разочаровала скульптора. Не имея возможности жить, огонек тут же гас, а неловко вылепленное тело рассыпалось словно мелкая крошка.

Исполин из твердой бронзы, что сидел перед огромной горой глины, еще не так давно был металлическим воплощением некогда жившего в России вождя. Ленин Владимир Ильич был единственным живым существом в небольшом поселке городского типа.