Галактические приключения 2

Но это было замечено лишь смутно, потому что его внимание сразу же привлекли глаза мужчины.

Или отсутствие глаз, скорее. Ибо там, где должны были быть его глаза, не было ничего, кроме плотно сомкнутых век, которые, судя по их впалым контурам, вообще не прикрывали глаз, а только пустые глазницы.

Для пробы Лин протянул руку и коснулся лица. Бледная кожа была непреклонна, как скала. Он прижал палец к правой щеке, пока ноготь не загнулся. Это должно было оставить след на любой живой коже и вызвать восклицание боли у любого живого человека.

Но это не оставило заметного следа, и мужчина не подал виду, что что-то заметил. А пальцы продолжали свое быстрое движение по клавиатуре пишущей машинки.

Лин недоверчиво протянул руку и попытался снять кепку. Она не поддавалась и была такой же непреклонно твердой, как и лицо.

– Робот! – Восклицание сорвалось с губ Лина хриплым шепотом. – Или— статуя?

В отчаянии он схватил одну из рук мужчины за локоть и попытался прервать плавный поток движений.

Вся его сила не могла изменить движение этой руки настолько, чтобы палец пропустил клавишу на пишущей машинке.

– Ни миллионной доли дюйма зазора в суставах! – сказал он, поражаясь.

Впервые он отвел свое внимание от фигуры перед ним и огляделся вокруг. Робот, или статуя, или что бы это ни было, сидел на месте, практически взгромоздившись на край обрыва, который спускался гораздо дальше, чем лестница с другой стороны. Здесь был отвесный обрыв по меньшей мере на тысячу футов, а возможно, и больше, почти на две тысячи.

Внизу до самого горизонта простиралась огромная долина.

Лин озадаченно нахмурился и посмотрела на долину, пытаясь вспомнить, есть ли в этой части страны какие-нибудь высокие горы. Там были холмы, но не было настоящих гор. Ничто не может сравниться с этим.

– Как долго я был без сознания? – пробормотал он.

Его внимание переключилось на мужчину как раз вовремя, чтобы увидеть, как в огонь полетел еще один лист бумаги.

Он смотрел, как сгорает лист. Само пламя, казалось, выходило из круглого отверстия в скале в области дна проволочной корзины. Судя по цвету, это было газовое пламя. В темноте оно было бы ярко-синим.

Его внимание переключилось на пишущую машинку и каменный стол, на котором она стояла. На гладкой поверхности передней части стола была выбита надпись.

Лин кивнул с мрачным пониманием. Это была статуя.