Бабы дуры

Марковна с Мадам коротали время вдвоём, их навещала Аля, терпеливо обучала Марковну работе на компьютере, показала ей игры, Марковна влюбилась в «Tomb Rader» и целыми днями гоняла по клавишам. Мадам отдавала предпочтение книгам по психологии, прикупила всяких книжонок о мистике и что-то записывала в толстую тетрадь, а когда она кончилась, завела вторую. На вопросы, что пишет, отвечала: «Так, кое-какие пометки для себя, может, пригодятся».

– Так, Таисия, сегодня ты должна быть дома, – Марковна нахмурилась, – и на новый год, и на рождество и на крещение.

– Ох, ты, командир какой, да я и сама сегодня никуда не собиралась, – пожала плечами Таисия.

– Хорошо, все эти праздники надо встречать в кругу семьи, или ты себе другую семью уже нашла?

– С Лёвушкой, что ли? Да брось ты, Марковна, он для меня только в постели хорош, а так, даже поговорить не о чём, читал мало, образования минимум, спортом больше занимался. А сегодня-то что за праздник?

– Рождество.

– Так ты сказала, что рождество шестого-седьмого января?

– Сегодня католическое рождество.

– А, ну да, мы же все праздники отмечаем.

– Аля – католичка, Мадам – православная, ты – мусульманка, значит, мы обязаны всё почитать, раз под одной крышей живём.

– А вы к какой вере принадлежите?

– Буддистка я, – толи в шутку, толи всерьёз, сказала Марковна.

– Ну, точно, ты китайскими мудростями живёшь, однозначно, буддистка.

За воротами послышался шум подъехавшей машины и Таисия выглянула в окно.

– Аля приехала, опять полные сумки тащит, чтобы мы без неё делали?

Пойду, помогу.

Хохоча, женщина и молодая девушка ввалились в дом, принеся с собой чистый, морозный воздух. Сумки были большими и тяжёлыми.

– Кормилица ты наша, была бы ты моей внучкой, я бы на старости лет горя не знала, всегда бы ты свою бабку чем-нибудь баловала, – Марковна прослезилась.

– А разве вы меня не считаете своей внучкой? – Аля надула губки и часто захлопала ресницами, – ну, не обижайте меня, мы же договаривались – мамочка, бабулечка и прабабулечка.

– Была бы она твоей внучкой, пошла бы учиться на учительницу и жила бы от зарплаты до зарплаты, пришлось бы тебе с пенсии ей на колготки давать.

– А ты не ехидничай, а то огрею своей клюкой.

Марковна подняла бадик и помахала им в воздухе, последнее время у неё чаще, чем раньше, отекали ноги, то ли сердце, то ли почки, идти в больницу на обследование она отказывалась наотрез.