Трехликая сторона

Я успела только задуматься, куда же она подевалась, как лошадь сорвалась с места и галопом поскакала прочь от Хофогона.

– Спасибо.

– Ты вела себя глупо на банкете, – ассасин воспринял благодарность совсем не так, как я рассчитывала. – Зачем нужно было подходить вплотную? Если бы Кога понял, чего ты добиваешься, мне не удалось бы вытащить тебя.

Я едва не задохнулась от возмущения: Нодред переиначил ситуацию так, словно не влачил в обеденном зале существование бесполезного близорукого столба, словно сделал все сам, а я ему только мешалась.

Злая на несправедливое обвинение, я разжала руки, которыми держалась за его спину, и моментально потеряла равновесие. Резвая кобыла перепрыгнула длинную сухую корягу, едва не отправив меня на землю, что обязательно закончилось бы переломом на такой-то скорости. Пришлось пожертвовать гордостью и вновь ухватиться за ассасина.

– Зачем подошла? Позволь спросить, как по-другому я должна была привлечь твое внимание?!

– Я заметил тебя сразу, как ты появилась в зале.

– Ты… я не знала! – еще сильнее рассердилась я. – Ты ведь даже не смотрел в мою сторону!

– Трудно проглядеть единственную из пяти служанок Хофогона, слоняющуюся без дела.

Безукоризненный ассасин и гороховый шут, которого тяжело было спасти из-за его же глупости, – получалось примерно так. Ярость кипела под самым горлом; я почти жалела, что Нодред увез меня из рыцарского замка. Спорить с ним всю дорогу до Танатра едва ли было занятием приятней, чем провести ночь с сиром Кога.

– Мог бы подать знак, что увидел меня!

– Я сидел рядом с наместником.

– Да хоть посмотреть! – я не сомневалась, что и на это у него найдется ответ, выставляющий меня неправой. – Чего ты добиваешься? Хочешь, чтобы я оправдывалась? Или чтобы признала, какой ты умник?

Он еле слышно усмехнулся, и я впилась пальцами в его каменные бока с намерением причинить боль.

– Мне щекотно.

– Самовлюбленный нарцисс, вот ты кто. И зачем тебе вообще потребовалось помогать мне?

– Короля Варго очень волнует твоя жизнь, – спокойно отозвался ассасин.

 – Он захотел бы, чтобы я сделал это.

Мне, как выяснилось, по-настоящему повезло, что именно Варго был тем единственным человеком во всем Трехлистном мире, которого Нодред уважал настолько, что ради его слова был готов пойти против собственной воли. Я хорошо помнила, как он препирался со старшими товарищами и даже с принцем, – никто другой не являлся для него авторитетом. Только король.