Трехликая сторона. Последний Листопад

Девочка не выглядела удивленной, только сонной и усталой; она совершенно точно знала, что минуту назад ее телом владел кто-то другой, и мне сложно было даже вообразить, что должен был чувствовать человек после такого испытания.

– Веришь? Веришь теперь, принцесса?

Я опустилась на ближайший стул, не удосужившись разгладить под собой платье.

– Чтобы вызвать Ее, нужно обязательно причинить боль Ангел?

– Она тренируется, пытается научиться самостоятельно передавать Энас контроль над своим сознанием. Я учу ее.

Физическая боль и страх ускоряют процесс, – Гульнур заметила толику отвращения в моем взгляде. – Не нужно жалеть нас, принцесса, мы выдержим. Бог поможет нам.

– Я не жалею вас. И о каком Боге вы говорите? Разве пребывание здесь, лицезрение магов и Колдуньи Первого Листопада не должны были избавить вас от прежней веры? Впрочем, мне все равно, – отмахнулась я, когда Гульнур вынула из-за пазухи серебряную цепочку с крупной крестообразной подвеской. – Вы и впрямь слишком надеетесь на высшие силы.

Вставай, Ангел. Ты пойдешь со мной.

– Что? – вскинулась старуха, и от ее громкого крика лежащая на полу девочка наморщила лобик. – Нет! Никто кроме меня не сможет позаботиться о ней! Она должна остаться!

– Я оценила уровень вашей заботы, – взгляд мой красноречиво коснулся валяющейся неподалеку, уже остывшей кочерги. – Не беспокойтесь, в замке с ней ничего не случится.

– Глупая принцесса! Ты хоть представляешь, что с ней сделают ассасины, если прознают, кто перед ними?! И не только они! Ей угрожает огромная опасность!

– Это не обсуждается.

Я уже давно не испытывала неловкости, отдавая приказы. Голос давно не ломался от нерешительности, не стихал к концу фразы и не предлагал поблажек, а взгляд давно не опускался ниже чужих глаз. Гульнур посмотрела на меня так, как я сама когда-то смотрела на Варго: с четким осознанием, что ослушаться этого человека невозможно.

– Не отнимай у меня внучку… единственную кровиночку мою… – тон ее сделался жалобным.

 – Или позволь мне пойти тоже…

– Нет. Я вам не верю. Вы пытались убить меня и теперь, выяснив, что остановить проклятье я не в состоянии, можете повторить фокус с отравленным чаем.

– Да как же ты можешь! Тебя ведь тоже лишили родительской опеки, перебросив сюда! Легко тебе без нее, скажи на милость?!

Я молча отодвинула верещащую старуху в сторону и протянула руку Ангел, которая успела окончательно прийти в себя и глядела теперь на нас с недоумением.