Телохранитель для ненормальной

 – Остановимся, вот в этой гостинице, – заключил я. – Поедешь впереди, я за вами и не пытайся впечатлить меня своими способностями гонщика. Одно неверное движение и ты вернёшься обратно в свою тёплую постель, – теперь я выразительно смотрел на Пашу, чтобы он мог убедиться, что я не шучу.

– Это угроза? – спросил Паша, изображая недопонимание.

– Это предупреждение, и оно одноразовое, второго точно не будет, – я практически открытым текстом сказал этому дебилу, что жду, хоть какой-нибудь зацепки, чтобы избавиться от его присутствия.

 – Свободен, – я сразу потерял интерес к Паше и принялся доедать свой растянувшийся ужин в виде хлеба, ветчины и сыра.

Время было почти девять, чтобы не маячить постоянно у окна, я решил пойти в свою машину. Подумав несколько секунд, я направился уже в сторону прихожей, всё ещё сомневаясь, стоит ли оставлять Кэт наедине с этим ушлёпком? В этот момент я поймал себя на мысли, что сквозь обязанности телохранителя, во мне в наглую пробивается необузданный собственник.

Резко остановившись, я по идиотски хохотнул, хотя уже понял, что ни в какую машину точно не пойду.

Когда именно во мне такие глобальные перемены произошли? Я теперь даже в нормальности своей психики был не уверен, потому что казалось эта девчонка целью задалась, выбить из меня весь здравый смысл и выдержку, которой я учился годами. И вот сейчас её оторванность в купе с фиолетовыми дредами сыграли со мной злую шутку. После того, как эта наследница индейских шаманов, мне пол дня мозг выносила, я должен был мечтать уже, как быть от неё подальше, но я наоборот почувствовал, что меня к ней тянет.

Я отдавал себе отчёт, что мне нужно думать совсем о другом, но этому наваждению сопротивляться было бесполезно! Видимо для усиления эффекта я пошёл искать Кэт, оправдывая себя тем, что я должен знать, что с ней всё в порядке.

Быстро отыскав гостиную, я увидел лестницу на второй этаж и нисколько не удивился, что квартира оказалась двухъярусной. Моё внимание привлекла оттопыренная штора, возле большого окна, потому что дверь на лоджию была открыта.

Я молча прошёл вдоль комнаты по мягкому ковру, который приглушал мои шаги и остановился, как вкопанный.

Лоджия была застеклённая и Кэт сидела на подоконнике. Её голова замотана в полотенце и из-под разъехавшегося подола махрового халата, виднелись стройные ноги, которые до этого невозможно было разглядеть, когда на Кэт были надеты бесформенные рваные джинсы.