Наследница для босса

Да с чего бы это вдруг? Расстался со своей очередной пассией и сексуально изголодался? За год совместной работы он ни разу не ощупывал меня взглядом. Или на него так подействовал пошлейший рисунок на кофейной гуще? Надо же, ведь и вправду похоже на то самое…

Забираю чашку с собой в приемную, чтобы она его не нервировала. Мне еще до конца дня с ним работать.

Готовлю документы и несу к начальнику на подпись. Надеюсь, он уже успокоился. Так и есть: лежит расслабленно в кресле и крутит пальцами авторучку.

– Подпишете? – раскладываю перед ним бумаги.

Но он смотрит не на них, а куда-то вбок. На моё бедро!

Выпрямляюсь и выжидающе смотрю на босса. Взгляд у него сегодня какой-то огненный. Смотри – спалит к чертям собачьим.

– Всё хорошо, Мирон Амирович? – разглаживаю ладонями примятую от долго сидения юбку.

Следит за моими руками и спрашивает:

– Даша, а сколько ты уже работаешь на меня?

– Почти год, – закладываю руки за спину. Не нравятся мне его сегодняшние разглядывания.

Луна в ретроградном Меркурии на него что ли так влияет?

– Почти год, и мы ни разу не парились вместе в сауне? – с удивлением произносит он.

На моей руке дыбом встают волоски. Только этого не хватало. Что ещё за разговорчики пошли?

Неосознанно представляю его сильное тело, как у гладиатора, с широкими плечами и полотенцем, обернутым вокруг бедер. На его бородке застыли капельки конденсата. Он выходит из парилки, сбрасывает с себя полотенце и, передвигая мускулистыми ногами, идет к бассейну.

Здесь фантазия обрывается, и, я чувствую, что к моему лицу приливает жар.

– Что Вы, – смущенно улыбаюсь, – это же неэтично.

– Как-то я раньше не замечал, что у тебя такая красивая фигура.

Конечно, не замечал. У него тут девушки табунами ходят, с которыми мне сложно конкурировать. Природа не обидела меня внешностью, я ею вполне довольна. Даже светлые волосы у меня настоящие, а не крашеные, как у подруг босса. Но всё равно мне до них далеко.

Мои щеки розовеют.

И ведь не уйдешь, пока не подпишет документы. А он не спешит ставить подпись. Взгляд его перескакивает с моей шеи на грудь, с груди на ноги. Как будто я лошадь на скачках, и он раздумывает, поставить ли на меня деньги или нет. Фух, аж жарко стало!

Мирон Амирович, наконец, отлипает от моей фигуры и смотрит на бумаги. Размашисто подписывает, складывает в стопку и передает листы мне. Наши руки встречаются, и клянусь, он специально касается меня пальцами.