Хруст городской булки

Что очень близко к египетской традиции стирания имени фараона, который таким образом вычеркивался не просто из памяти, но из существования вообще.

Традиция уничтожения имени присутствует и в других культурах, куда более примитивных. Ну и напоследок разбора данной карточки отметим, что художник-оформитель из Архангельска ошибался – памятники не помогли, что, возможно, он увидел и сам в 1991 году.

Ленин и вагоны

Карточка 412. Станция «Домброво», Смоленская область. 1979. Машинист на пенсии

Долгое время на станции Бологое в старом пакгаузе стоял особый вагон.

Такого вагона никто и никогда не видел на путях, а входить в него могли только избранные сотрудники, которые приезжали на работу каждое утро в темно-зеленом автобусе без номеров и с черными окнами. Несколько раз в год к станции приезжали вереницы черных «Волг», «Чаек», «ЗИЛов» и целый эшелон гражданских на специальном поезде. Трудно сказать, что в такие дни охранялось столь же упорно и сурово.

А стоял в том пакгаузе простой вагон немецкого производства, которые, может, до самой войны и в Германии катались.

Но вагон непростой был – именно на нём под суровой немецкой пломбой прибыл в Петроград Ленин.

После того как ситуация в стране немного успокоилась после Гражданской войны, советское руководство выкупило вагон у немецкой железной дороги и отогнало подальше, планируя устроить там музей, да не простой. По задумке вагон и ещё целый состав вокруг него должны были колесить по стране, возить разные экспонаты, а в особых случаях и тело самого Владимира Ильича.

Возможно, именно для этого в свое время и был возрожден план Байкало-Амурской магистрали, а Микояна отправили в США изучать холодильники.

Сам вагон был вполне обыкновенным для своего времени: деревянная обшивка, блестящие латунные поручни и суконная отделка. Раньше стоял аппарат для изготовления пломбира и большой титан для кипятка, но ещё в 30-е эти устройства таинственно исчезли. Купе Ленина было неотличимо от остальных, только маленькая табличка на одной двери и говорила, что в этом вагоне ехал исторический перелом.

Что делали в том вагоне, навсегда останется тайной, но все гости разъезжались к вечеру со светлыми лицами и грустными улыбками. Даже гражданские погружались в свой поезд тихо, а некоторые с букетами одуванчиков, если на то был сезон. Известно только, что после всех этих сборов происходило великое: то открытие «ГАЗа», то ХХ съезд, то «Спутник» и даже Чаушеску.