Хруст городской булки

в биографии Павла Петровича более-менее понятен. Он сотрудничает с издательствами и журналами, где пишет статьи, посвященные мифологии народов, живущих в СССР, но материалы всегда выходят под именами других историков и этнографов, что опять же вызывает вопросы. Но после работы в Германии такому удивляться не стоит. В 1965 году у Леера рождается сын Игнат, который погибнет в 1993 году в бытовой драке. Найти Галину нам не удалось.

Также к этому периоду относится единственное известное фото Леера из Крыма.

Он изображен стоящим по пояс в воде в очень странном костюме Посейдона. При этом заметно, что у Павла Петровича развита мускулатура, а на левой груди татуировка с простой надписью славянской вязью «вДаль». Что примечательно, буква «Д» изображена в виде треугольника с чертой посредине, что на шумерском означает женское начало.

В 1972 году Леер разводится с Галиной и переезжает в Новосибирск. Чем он занимался в это время, неизвестно. Однако в Академгородке какое-то время ходила легенда о молчаливом крепком человеке, который работал исключительно по ночам и отлично стрелял из мелкокалиберного ружья.

При этом у него был обшитый кожей ящик на колесиках, по всем сторонам ящика висели амбарные замки.

Павел Петрович часто уезжал из города, но куда и насколько, не знал никто, поскольку отношений с коллегами и соседями исследователь не поддерживал. Однако в свой пятидесятилетний юбилей Леер собрал большую компанию из местных историков, социологов, психологов и вывез на базу отдыха МВД, откуда не выпускал четыре дня.

После той грандиозной встречи выяснилось, что помимо татуировки на груди у Леера на животе наколот Человеколось, а левое предплечье украшает леди Годива с поразительной детализацией.

Эта встреча на турбазе оказалась знаковой – после неё Павел Петрович окончательно исчезает из Новосибирска и больше нигде не появляется. Только в 1992 году удалось найти его ящик в салоне старого праворульного «Ленд Крузера», который пригнали в Читу на продажу.

Машину купил бывший доцент кафедры политэкономии Саврасов Игорь Олегович, в то время владелец нескольких киосков и салона красоты. Игорь Олегович поразился коробке в багажнике: это был уже прочный металлический ящик с гофрированными краями, обитый шкурой моржа и украшенный зубами бобра, клювом гагары и орлиными когтями. Закрывался он на хитрый японский замок, не устоявший перед китайской болгаркой.