Чувства на продажу

Столько работы погублено. Данные, конечно, я сохранил. Но станция… Это же заново его нужно строить. Столько сил, столько времени. А Эльдар…

Зеленский тяжело вздохнул. Павлов хотел поторопить его, но не успел. Он ничего не почувствовал – модуль даже не дрогнул. Только вот перед глазами вспыхнули алые тревожные огни. Бесшумно. Спокойно. Без лишней суеты и воплей. Но Павлов почувствовал, как шевельнулись волосы у него на голове.

Модуль принял на себя удар – два… Три! Три попадания. Осколки или метеориты, пес его знает что, все еще гуляли по орбите и нашли себе новую мишень.

Затаив дыхание, Павлов принялся лихорадочно листать отчеты о состояние систем, выискивая данные о повреждениях. Так. Внутри все цело, осколки мелкие, многослойная броня выдержала. Внешние повреждения. Обшивка. Термоизолирующий слой… Плохо. Марс не Земля, конечно. Но и у его атмосферы трение будь здоров, особенно при падении с орбиты. Двигатели! Два тормозных не отзываются. Два из восьми – это немного, но маневр и так будет сложным, а сейчас…

– Коля, – позвал биолог, косясь на пилота.

– Все хорошо, – быстро ответил тот. – Готовлюсь перейти на ручное.

– Так скоро? – удивился Зеленский. – Вроде бы, нужно подойти к атмосфере.

– Надо уходить, и быстро, – сказал Павлов. – Осколки идут по орбите.

– Что-то серьезное? – встревожился биолог.

– Так, – строго сказал Николай. – Товарищ Зеленский, быстро закройте купол и зафиксируйте крепления ремней. Это приказ.

Михаил Александрович укоризненно глянул на пилота, но без лишних слов подчинился – закрыл купол, откинулся на спину и замер в защищенной капсуле.

Павлов убрал с экрана все лишнее, постарался сосредоточиться. Пошевелил пальцами, разминая суставы, словно ему предстояла схватка на борцовском ковре. А потом, неуклюже, толстыми перчатками, повернул большой тумблер аварийного перевода управления на ручной режим.

Пискнул предупреждающий сигнал, экран на забрале шлема дрогнул. Толстые перчатки, погруженные в пенные подлокотники, сжала фиксирующая система.

Огромный диск спасательного модуля, белый, с красными полосами, бесшумно ухнул вниз, уходя от разваливающейся космической станции. Его охватила полоса голубого пламени – основные двигатели отработали штатно, и без всяких проблем подчинились приказу пилота.

Павлов, закусив губу, упрямо вел свой корабль вниз, к серой планете.