Чувства на продажу

Он не обиделся, но искренне расстроился – знал, как мне тяжело после каждого сеанса.

– Ладно, старик, – тихо сказал он, – тебе нужно отдохнуть. Давай я подброшу тебя домой.

Я отвернулся и зашагал по длинному коридору без дверей. Половина ламп в нем не горела, и я шагал из белой полосы в черную.

– Генрих, постой! – донеслось мне вслед. – Я договорился об одном просмотре в студии «Орион»! Завтра, после съемки последней серии «Любовь на побережье». Тебя будет записывать сам Дирт, представляешь? Вот и расслабишься.

Прогонишь самое лучшее воспоминание, и тебе станет легче.

Я остановился и снова обернулся. Ричард догнал меня, и на его устах снова расцвела довольная улыбка. Да. Это просто работа. Ничего личного.

– Извини, Ричи, – сказал я, улыбаясь через силу. – Не хотел тебя обидеть.

– Все в порядке, старик! Я же не новичок, я знаю как тяжело сенсетивам после сеанса.

Улыбка получилась кривоватая. Я повернулся, и мы зашагали по коридору рядом – плечо к плечу. Сенсетив и его агент.

– Что с качеством? – спросил я, нащупывая в кармане пачку сигарет.

– Полный порядок, – заверил Ричард. – Сегодня Ламберт выложился на все сто, и аппаратура не подвела. Ни одной помарки. Все записалось идеально.

Я резко моргнул и замедлил шаг, – передо мной появился черный провал пропасти. Нет. Это всего лишь дверь. Ричард нудил о каких-то гигагерцах и шкале Фройда. Но мне было все равно. Сейчас я хотел скорее попасть домой, туда, где все знакомо и где тебя не преследуют воспоминания из чужой жизни.

Я затаил дыхание и шагнул в черный провал двери.

* * *

Взяв ключ у консьержа, я поднялся по лестнице на третий этаж. Старый дом в старом квартале Праги чудесно сохранился, несмотря на веянья архитектурной моды. Здесь хорошо помнят прошлое и умеют его хранить. Сто лет, двести – тут все останется как раньше. Дом в отличном состоянии и квартиры в нем стоят довольно дорого. Но я мог себе это позволить. Теперь.

Вставив брусочек магнитного ключа в замок, я набрал код.

Дверь послушно распахнулась, пропуская хозяина, и только тогда я облегченно вздохнул. Мой дом. Моя крепость.

После каждого сеанса у меня паршивое настроение и мне нужно немного покоя. Главное – ни с кем не общаться, чтобы не сорваться и не обидеть случайно собеседника. К счастью, Ричи довез меня от студии прямо до дверей дома. И на прощанье крикнул, чтобы я готовился записать завтра с утра эпизод для детского фильма. Эпизод, черт возьми.