Охотники ночного города

– А как еще прикажешь называть мужика с фамилией Вещий? – Борода пожал плечами. – Олегом он сразу стал. Настоящего имени сам небось уже не помнит.

Кобылин немного помолчал, пытаясь осмыслить логику прозвища командира Двух Нулей. Вообще механизм получения кличек и прозвищ плохо поддавался логике. Алексей, например, понятия не имел, как его называют остальные между собой. А спрашивать боялся.

– А у тебя псевдоним какой? – спросил он у Бороды.

– А что? – насторожился охотник. – Это тут при чем?

– Да я, похоже, догадался, как тебя в отделе зовут.

– Да ну, – буркнул Гриша. – Не люблю я этих кличек… Как у собак, ей-богу.

– У Григория Бороды может быть только одна кличка – Распутин, – мстительно выдохнул Алекс.

– Тьфу на тебя, – буркнул охотник. – И ты туда же.

Кобылин довольно оскалился и откинулся в кресле. Охотник обиженно замолчал и молча крутил баранку, бросая «жигуленок» по хитросплетениям узеньких улочек.

Кобылин покосился в сторону насупившегося Гриши и удивился сам себе.

Оказалось, что сетевое общение не прошло даром. Теперь и в реальной жизни Алекс не лез за словом в карман и не терялся, когда кто-то пытался им командовать. И это новое ощущение, ощущение полноценного общения, Алексу понравилось.

– Так, – сказал охотник, останавливая машину. – Все, проехали.

Он повернулся к Алексею и протянул к нему широкую ладонь.

– Я тоже хорош. Мир?

– Мир, – отозвался Кобылин, пожимая руку.

– Ну и зашибись, – ответил Григорий. – Все, напарник. Это уладили, теперь о деле.

Он запустил руку за отворот своей огромной кожаной куртки, больше напоминавшей мешок, и принялся рыться во внутреннем кармане. Алексей отстегнул ремень безопасности и выглянул в окно.

Машина стояла на длинной темной улице, между двумя старыми девятиэтажками. Их разделял крохотный скверик с десятком тополей. Фонари не горели, и сгустившаяся темнота прятала пустой двор от посторонних глаз. Дома тянулись дальше, теряясь в темноте, и только где-то впереди над ними возвышалось высотное здание, нависая над кварталом девятиэтажек, словно скала.

Дальше, за домами, шумело ночное шоссе, но здесь, в лабиринте двориков и улочек, было тихо, словно в тихой заводи.

Алексей поежился. Глухое место. Вроде и домов полно, и окон, и жильцов… А случись что – никто ничего не видел и знать ничего не знает.

– Держи, – выдохнул Григорий, протягивая Алексу проводок с наушником.

– Это что? – удивился Кобылин.

– Гарнитура к телефону, – буркнул охотник.