Охотники ночного города

В подъезде зашевелилась тьма, и Кобылин выдернул пистолет из-за пояса. Но это оказался всего лишь Борода – огромным колобком он легко выкатился из дверей, перешагнул через ноги одного из грабителей и подошел к Алексу.

– Никого, – доложил он, пряча пистолет. – Наверно кто-то из жильцов. Выглянула девка, увидела разборку и спряталась. Ну и молодец.

– А-а, – отозвался Алекс. – Да, наверно. Я просто подумал – может, это с ними. Типа поклонник вампиров.

– Да нет, – буркнул Борода. – Это мясо просто. До чего дожили, а? Гоп-стоп по Интернету.

– А что теперь? – спросил Алекс. – Чего с ними делать?

– То не наша забота, – отозвался Григорий. – Пошли. Тут без нас разберутся.

Он повернулся и пошел к дороге. Потом обернулся, посмотрел на Кобылина, так и не тронувшегося с места.

– Ты что?

– Что с ними будет? – твердо спросил Алекс. – Нельзя же так…

– Да ничего не будет, – зашипел Борода. – Пнут по ребрам, чтоб неповадно было, и отпустят. Что с ними делать – не в милицию же волочь! Так, пару оплеух получат, чтоб перестали по ночам шляться, и все.

– Ага, – пробормотал Кобылин. – Оплеухи…

Он подошел к одному из бойцов, застывших над задержанными, и осторожно тронул его за плечо.

– Извините, – сказал он.

Голова в черной маске повернулась к Алексу – четко и ровно, как по команде. На миг Кобылину показалось, что сейчас его тоже скрутят и уложат носом в пол, но глаза в прорезях – обычные карие глаза – всего лишь вопросительно глядели на Кобылина.

– Если будете бить, то в левое ухо, пожалуйста.

Боец закивал, и даже сквозь маску было видно, как его рот расплывается в улыбке.

– Леха, – сдавленным шепотом позвал Борода. – Все, заканчивай, народный мститель. Время идет.

Алексей бросил взгляд на темный подъезд. От него вверх уходила стрела светящихся окон. Кобылину показалось, что в одном из них мелькнуло чье-то лицо, и он застыл, пытаясь понять – в котором именно. Но потом резко повернулся и пошел к Григорию, что нетерпеливо переминался с ноги на ногу.

Болело ухо. Гнев и ярость ушли, оставив лишь разочарование. Алексей больше не слышал пульса города и не чувствовал себя частичкой ночи. Окружающий мир приобрел знакомые до тошноты черты – чужой двор, шпана у подъезда, чужая кровь на костяшках пальцев. Оскаленные морды убрались в темноту, забрав с собой все волшебство и трепетное ощущение того, что мир намного больше, чем кажется на первый взгляд.