Пожиратели Звезд

– Просто идеально, – отозвалась Линда, но глаза ее вдруг потухли.

Она перестала улыбаться, ее лицо сделалось серьезным и даже немного печальным. Плечи опустились, и перед Хэваном вновь появилась самая обычная женщина, не сказать чтоб красавица, лишенная той неуловимой ауры, что придавала ей блеск.

– Хэван, – сказала Линда, резким движением откупоривая бутылочку с коктейлем. – Наверное, на этот раз все.

– Понимаю, – отозвался Лэй, – хороший вариант?

– Заместитель мэра, – кратко отозвалась Линда, одним глотком опустошив бутылочку.

 – Через пару часов кормежка. Потом ферма.

– Значит, ресторан и на загородную виллу, – подвел итог Лэй, хорошо знакомый с жаргоном подруги. – А прибыль?

– Мелочовка на три дня, потом подарок, а там, возможно, и миллион за расставание, – отозвалась она.

Хэван кивнул, надеясь, что это будет истолковано как знак одобрения. Не слишком много, но и не мелочовка. Вполне хороший вариант, особенно в части расставания. Лэй прекрасно знал этот трюк.

Тут главное – никакого шантажа. Все должно быть открыто и прозрачно. Лучше всего – навязчивое внимание и преувеличенная любвеобильность. Один визит такого алого влюбленного чуда в рабочий кабинет на глазах у подчиненных и начальства излечивал чиновника от интрижки почище любого судебного разбирательства.

– А ты что? – спросила Линда, рассеянно крутя в руках опустевшую бутылочку.

– Все по плану, – веско сказал Лэй. – Улетаю завтра.

– Так скоро? – искренне удивилась она, вскинув на друга удивленный взгляд.

 – Ты же собирался задержаться?

– Дела, – буркнул Лэй, подходя ближе и выглядывая в окно – так, чтобы не видеть ее карих глаз. – Нужно лететь.

Линда не ответила, а Лэй не обернулся. Он разглядывал серые кварталы, что уже погружались в вечерние сумерки. Отсюда они казались нагромождением бесформенных коробок. Здесь, у «Трона Артура», пролегала граница между старым городом и новым. Так часто бывало в колониях – первое поселение, неуклюжее, грязноватое, сделанное на скорую руку, постепенно оставалось на задворках города, построенного уже по тщательно выверенному плану.

На некоторых колониях старый город превращался в элитный район, где в частных домах, что постепенно превращались в виллы и дворцы, жили первопоселенцы, гордящиеся своей историей. А в других колониях старые строения часто забрасывались и превращались в трущобы. Камелот был колонией второго типа.