Война Ночных Охотников

 – Нужен тебе, дура, говори только за себя! Хватит этих соплей! Это не твой Кобылин! И даже не Жнец! И мы не можем тащить его за собой…

– Она говорит за всех, – крикнула Вера, сжимая кулаки. – Он ради нас всех отдал все, что у него было! Гриша, сукин сын, мы не бросаем своих!

– Ничего ему не будет, – бросил в ответ Григорий. – Он нужен им живым! Потом снова отобьем! Ну же, быстрее!

– Иди к черту, – процедила Ленка. – Вставай и бейся. До последнего. Как он за нас. И за тебя.

– Идиоты, – выдохнул Борода, разворачиваясь к черному провалу.

 – Какие вы все идиоты…

В коридоре что-то загрохотало, Вадим рванулся вперед, с рычанием нырнул в провал двери и растворился в темноте. Гриша вскинул УЗИ, целя в толпу теней, метавшихся в коридоре, и в тот же миг раздался выстрел, а потом раскатисто прогрохотала автоматная очередь. Кто-то закричал, следом раздался дружный рев веревольфов. Вера прыгнула через стол, на лету оборачиваясь в рыжую псину. В тот же миг из прохода в зал влетела темная фигура, отшвырнула в сторону Гришу.

Вторая тень, мелькнувшая следом, на лету вцепилась в Веру, остановив ее прыжок.

Лена вскинула пистолет и быстро выстрелила три раза, целя в зыбкую тень, мечущуюся по залу. Гриша, валявшийся на полу, поднял УЗИ и выпустил очередь во второго вампира, нацелившегося на охотницу. Пули отбросили упыря в сторону, но из коридора в зал вывалился огромный рычащий ком шерсти. Дерущие друг друга в клочья оборотни прокатись по залу, сбивая с ног бойцов и разбрасывая мебель.

В темном проеме выросла еще одна фигура – вполне человеческая, с автоматом в руках. Гриша вскинул УЗИ, человек – автомат и под рев дерущихся веревольфов они выстрелили.

Одновременно.

* * *

Алексею было плохо. Его тошнило, голова раскалывалась от боли, перед глазами все плыло. Любое движение заставляло мир опрокидываться, верх менялся местами с низом, и Алексей чувствовал себя так, словно его привязали к винту вертолета.

Он не понимал, что происходит и где находится. Перед глазами плыли зеленые пятна, сквозь которые проступали видения чудовищ из самых страшных ночных кошмаров. Хуже всего было то, что в уши непрерывно кричали. Остервенело, бессмысленно, завывая от боли и ужаса, перекрикивая друг друга. Мужские басы, пронзительные женские голоса, детский плач. Каждый вопль бил по телу Алексея кузнечным молотом, заставляя содрогаться.